ОТНОШЕНИЯ С ЛЕВЫМИ - КПРФ на запасном пути российского капитализма - О. Шеин - Политика в разных странах - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


Политические войны
Политика в разных странах
Основы политической теории
Демократия
Революция
Анархизм и социализм
Геополитика и хронополитика
Архивы
Сочинения

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 32      Главы: <   20.  21.  22.  23.  24.  25.  26.  27.  28.  29.  30. > 

    ОТНОШЕНИЯ С ЛЕВЫМИ

    “Нельзя позволить сбивать себя с толку криками об объединении. Как раз те, кто больше всего носится с этим лозунгом, и являются главными зачинщиками раздоров.”

    Ф.Энгельс

    Сразу же оговоримся, что под «левыми» в этом разделе мы имеем ввиду основные партии Роскомсоюза - РКРП, РПК и РКП-КПСС, которые, несмотря на публичную критику КПРФ, по сути постоянно в той или иной степени пытаются сотрудничать с этой партией. ОФТ России и ряд других организаций левой ориентации, напротив, ведут последовательную борьбу по разоблачению КПРФ как анти-коммунистической партии, поэтому говорить о каких-то «отношениях» зюгановцев с этой частью левого политического спектра нельзя.

    Учредительный съезд КПРФ, ставшей уже 5-й российской партией со словом “коммунистическая” в названии, не мог отмолчаться по проблеме единства коммунистов. Сам Зюганов был вынужден признать, что “4-летний опыт коммунистической многопартийности доказывает, что она не случайность и не плод личных амбиций. Между нами действительно существуют важные различия по теоретическим, стратегическим и тактическим вопросам”.

    По этому вопросу было принято целых три резолюции. Первая из них, “За единство действий”, призвала всех коммунистов к вступлению в КПРФ, то есть объединению под эгидой Программного заявления Зюганова-Купцова. Во второй ЦИК было поручено делегировать представителей КПРФ на съезд СКП (добавка “КПСС”, столь постулируемая Шениным, Пригариным, Хабаровой, Скворцовым, Николаевым и К, была пренебрежительно проигнорирована). Наконец, в третьей резолюции, не обращая внимания на претензии Роскомсоюза, съезд объявил об исключительных правах КПРФ на имущество КПСС. Хотя предмет спора, в общем-то, был пустым, а наследство КПСС в 1991г. оставила такое, что настоящий коммунист должен отмежевываться от него, а не претендовать на свою “долю”, факт сам по себе характерный. К тому же председателя Оргкомитета ЦК КПСС по созыву ХХIХ съезда К.Николаева, вознамерившегося осчастливить съезд КПРФ своим появлением, вообще не пустили в зал. Только после препирательств с охраной и небольшого скандала ему удалось побывать на мероприятии.

    КПРФ объявила настоящую идеологическую войну левым партиям. Для начала Юрий Белов, чего и следовало ожидать, объявил все коммунистические организации России “неотроцкистскими”. Г.Селезнев заявил, что «радикальная оппозиция несет свою долю вины за нестабильность в российском обществе», то есть нестабильность, по его мнению, вызвана теми партиями, которые наиболее последовательно борются против капиталистических реформ, приватизации и обогащения буржуазии за счет пролетариата. Наконец, сам Г.Зюганов отметил, что к «положительным итогам событий» (октября 1993г.) можно отнести тот факт, что «вместе с партией Верховного Совета оказались сметенными с политической сцены и некоторые экстремистские организации, примкнувшие к ней в ходе силового противостояния и сыгравшие заведомо провокационную роль в развязывании «мятежа»», при этом поясняя, о ком идет речь: «крайне левые мешали объединению  здоровых сил».

    Итак, факты убийств, расстрелов, избиений дубинками активистов ОФТ, РКРП, РПК, «Трудовой России», которые, бесспорно, ослабили эти организации, председатель «коммунистической» КПРФ относит к положительным итогам событий. Сказанное, учитывая хождения Зюганова по баррикадам до (конечно же, до!) штурма, и нынешние публичные соболезнования семьям погибших, есть ни что иное как образец политического двуличия и бесчестности. Зюганов не только предал движение 2 октября, призвав уйти с баррикад (ради чего ему тогда дали выступить по телевидению - других москвичей, хотевших воспользоваться такой возможностью, расстреляли). Зюганов еще и поддержал сам факт правительственных репрессий против революционных организаций. И после этого еще находятся люди, говорящие о союзе с КПРФ и желающие вести с Зюгановым какие-то переговоры, именующие его не  то социал-демократом, не то коммунистом...

    Не только лично Зюганов, и все руководство КПРФ в отношениях с леворадикалами и раньше, и сейчас использует классический буржуазный арсенал лжи, недомолвок и фальсификаций. Вся политическая история России последних пяти лет изобилует соответствующими примерами.

    В 1993г., как известно, РКРП вела сбор подписей под требованием включения в конституционный референдум, наряду с президентским и парламентским проектами Конституции, “Советского варианта”, разработанного группой юристов во главе с Юрием Слободкиным. Его изюминкой стала разработка системы выборов по производственно-территориальному принципу, позволяющей контролировать депутатов и в любое время отстранять их при нарушении предвыборных обещаний. Проект был обнародован в малой коммунистической печати еще в начале 1992г. и впоследствии одобрен на региональных и всероссийских съездах рабочих и специалистов, а также многочисленных митингах. “Правда”, регулярно публикуя информацию о числе собранных подписей, обещала в ближайшее время напечатать этот документ и 5 июня 1993г. действительно напечатала “Проект Советской Конституции России”. Но... не тот. Вместо проекта Слободкина под тем же названием была напечатана некая бумага, рожденная в недрах фракции “Коммунисты России” и закреплявшая частную собственность на предприятия, платное здравоохранение и образование, консервативно-буржуазные выборы по мажоритарным территориальным округам.

    Выборы 1993г. Роскомсоюз, а также ОФТ, МРП и ряд других левых организаций бойкотировали. Руководству КПРФ не удалось внести серьезного раскола в левый лагерь, хотя тогдашние руководители профсоюза “Защита” Ю.Леонов и М.Коновалов, лидер Московского Совета Рабочих В.Шишкарев, журналист Н.Гарифуллина оказались в списках кандидатов в депутаты от КПРФ.

    Но выборы 1993г., названные левыми “выборами на крови”, знаменательны не мелкими зюгановскими интригами на левом фланге, а их масштабной фальсификацией. Дело в том, что эти выборы совпали с референдумом по Конституции. Если для думских голосований было достаточно 25%-ной явки, то референдум считался проведенным лишь при активности не менее половины избирателей. Если учесть, что в 18.00 на участки пришли 43% избирателей, а в 22.00 уже 55% (любой наблюдатель знает, что вечером к урнам почти никто не приходит, а уж в холодную декабрьскую ночь тем более), подтасовка становится очевидной. Почему же о ней промолчал Зюганов?

    Ответ на этот вопрос дан в вышедшей под редакцией “Проектной группы по правам человека” работе “Демократия, попранная фальсификацией (выборы и реформы в России в 1991-93гг.)”. Авторы, либеральные буржуа, на основании логарифмических исчислений и многочисленных источников информации пришли к выводу: “всего в голосовании 12 декабря 1993 года реально приняли участие 49 млн. избирателей из 106,2 млн. официально зарегистрированных, или 46,1% - вместо 58,2 млн. избирателей или 54,8% по официальным данным”. Участковые комиссии приписали 3,5 млн. проголосовавших, окружные 5,7 млн. А поскольку процент голосующих за Конституцию не мог быть фантастически высоким и должен был соотноситься с данными апрельского референдума 1993г. (60% за Ельцина, 40% против) мертвые души приписали “оппозиционным партиям”: 6 млн. ЛДПР, 1,5 млн. КПРФ, 1 млн. “Женщинам России” и полмиллиона Шахраю.

    Вот почему, и другого объяснения нет, ни Зюганов, ни Жириновский (впрочем, о нем-то и говорить нечего) не выступили с разоблачением подтасованного референдума - общие интересы дела были отброшены ради мелкого интереса залезть в Думу и от имени оппозиционно настроенной части народа торговаться с правительством.

    Незадолго до референдума член Исполкома ОФТ России В.Страдымов в телефонном разговоре с Г.Зюгановым лично в течение часа пытался убедить последнего в необходимости поддержки КПРФ бойкота выборов с целью, прежде всего, срыва референдума и принятия буржуазной конституции. Такая возможность была, более того, ее удалось, как мы видели выше, реализовать. Однако Зюганов отказался присоединиться к бойкоту, мотивируя это тем, что-де, по мнению «аналитиков» из КПРФ, вполне возможно отрицательное голосование избирателей по Конституции «при условии эффективной агитационно-пропагандистской и разъяснительной работы с населением» со стороны ее противников, что, конечно, было чистейшим блефом с его стороны, призванным лишь обелить свое участие в «выборах на крови» с целью получения теплого думского местечка. Более того, таким образом, именно КПРФ несет ответственность за принятие ельцинского варианта Конституции России. Без участия КПРФ в выборах, при активной борьбе за разоблачение подтасовки результатов референдума, обрести политическую устойчивость Ельцину было бы намного труднее. Таким образом, еще зимой 1993г. КПРФ как партия (а не один только Зюганов) вступила в сговор с режимом, который для публики партийные лидеры именуют исключительно «антинародным».

    Боясь правдивой информации, зюгановские вожди препятствуют распространению коммунистической печати. Так, в Тамбове горком КПРФ даже выпустил постановление о запрете реализовывать на собраниях и митингах газеты ВКПБ и 22 апреля 1996г. прибег к помощи милиции для удаления с митинга активистов этой партии. О том, что не дают слова на совместных (!) митингах 1 мая и 7 ноября членам левых организаций, не стоит и упоминать - факты общеизвестны.

    Между тем партии Роскомсоюза, напротив, явно стремятся к сотрудничеству с КПРФ и регулярно поддерживают ее (что лишний раз свидетельствует о недостаточной самостоятельности и склонности к соглашательству этих “непримиримых” партий). В ноябре 1994г. А.Пригарин высказался за формирование левого блока с участием КПРФ вплоть до границ  СПТ, да и потом РКП-КПСС сочла своим “политическим долгом” поддержать на президентских выборах Г.Зюганова.

    Парламентские выборы 1995г. наиболее показательны с точки рассмотрения взаимоотношений между КПРФ и левыми по двум причинам:

    а) впервые оба течения одновременно участвовали во всероссийских выборах;

    б) вопрос единства действий формально ставился обеими сторонами.

    В октябре 1994г., декабре 1994г. и марте 1995г. ЦК РКРП официально предлагает ЦК КПРФ создать “единый избирательный блок коммунистов России”. 8 июня В.Тюлькин со страниц “Правды” вновь предлагает руководству КПРФ единый блок. 16 июня Пленум ЦК РКРП утверждает, а 21 июня 1995г. 1-й секретарь ЦК РКРП В.Тюлькин направляет аналогичное письмо в адрес Пленума ЦК КПРФ, уточняя, что “через РКРП могли бы быть представлены организации Роскомсоюза”, а именно - РПК, ВКПБ, Союз коммунистов и Союз народного сопротивления. Это письмо также остается без ответа.

    Уже 1 июля 1995г. на ХХХ съезде СКП-КПСС заместитель председателя ЦИК РПК О.Широков предлагает провести переговоры о формировании единого парламентского блока КПРФ и Роскомсоюза, однако Г.Зюганов заявил, что время якобы упущено. Между тем оставалось еще полтора месяца, на протяжении которых блок можно было бы сформировать. Крючков затем подробно рассказывал в интервью, как Зюганов уклонился от многосторонних переговоров и провел отдельную встречу с Тюлькиным, поручив своим заместителям встретиться с Пригариным и Крючковым. На этой долгожданной встрече Крючков и Пригарин предложили создать блок и назвать его “Объединенные коммунисты России”, поставив вопрос о выделении примерно 20% мест в списках кандидатам Роскомсоюза. На что незамедлительно получили ответ такого содержания: члены ЦК КПРФ на пленуме решили идти самостоятельным избирательным объединением под названием “КПРФ”.

    Когда А.Крючков решил пожаловаться на неуступчивость КПРФ делегатам съезда СКП-КПСС, председательствующий Чехоев просто согнал его с трибуны, а Шенин, в отношении которого иные лидеры Роскомсоюза питали столько надежд, что даже подумывали пригласить его в головную часть списка “Коммунисты-Трудовая Россия”, поддержал линию руководства КПРФ на сепаратные переговоры.

    Тогда Пригарин и Крючков обратились с открытым письмом к Зюганову и Тюлькину. 20 июля Зоркальцев, Никитин и Апарина заявили им, что ответ-де дан 18 июля в “Советской России”, где было опубликовано заявление ЦК КПРФ о намерении идти отдельным списком со своей программой. Устно делегация КПРФ объяснила, что блок возможен, если:

    1. Его название будет “КПРФ”;

    2. Его программой будет документ, принятый ЦК КПРФ;

    3. Партии Тюлькина, Крючкова и Пригарина не будут претендовать ни на одно из мест в головной части списка, а удовольствуются “несколькими местами” в региональных;

    4. Руководство КПРФ само определит, кого от РКРП, РПК и РКП-КПСС допускать в списки кандидатов, а кого - нет.

    Тем временем 5 июля В.Тюлькин пишет очередное письмо В.Купцову с предложением сформировать блок “Коммунисты России” и предлагает пять пунктов предвыборной программы. Соотношение кандидатов предлагается два к одному. 26 июля В.Тюлькин пишет уже Зюганову и отправляет копию Шенину, соглашаясь на пропорцию один к трем в головной части списка и столичных округах и 1 к 10 в остальных регионах.

    Наконец, 27 июля руководители РКРП получили письмо за подписью Купцова, где им объяснили, как надо объединяться:

    - выбирайте название “КПРФ - Коммунисты России” или “КПРФ (Коммунисты России)»;

    - довольствуйтесь 10% мест в списке;

    - один левый может оказаться даже в головной части списка, но им может быть только “юрист или экономист”.

    Для большего унижения левых Купцов выдвинул условием “публично, через печать снять выдвигаемые ими в последнее время субъективные обвинения в адрес нашей партии в целом и ее руководителей”.

    Вообще КПРФ шла отдельным списком отнюдь не случайно. Зюгановская команда срывала переговоры не только с леворадикалами, но и с традиционными правыми союзниками. Когда РОС Бабурина после долгих переговоров попытался сформировать что-то вроде ”патриотического” центра оппозиционных сил, и Бабурин предложил подписать письменное соглашение Зюганову и Лапшину, последние поставили изначально неприемлемое условие аннулировать все ранее поставленные подписи, новое соглашение подписать вначале КПРФ и АПР, а уже затем - всем прочим. Разумеется, ничего подписано не было.

    После старта избирательной кампании проповедник “единства” Зюганов повел психологическую войну против отвергнутых им союзников. “Советская Россия” обещала 36-му блоку «Коммунисты - Трудовая Россия - за Советский Союз» не более 1.5% голосов. Лигачев сетовал о расколе и публично упрекал в нем левых. Наконец, 3 октября 1995г. “Правда” опубликовала информационное сообщение о том, что Политисполком СКП-КПСС принял решение поддержать в избирательной кампании КПРФ. На самом деле Политисполком СКП-КПСС такого решения не принимал ни 30 сентября, ни в любой другой день. В ход была пущена фальшивка.

    Высшая партийная линия борьбы с коммунистической крамолой безукоризненно исполнялась на местах. По 110-му и.о. КПРФ не смогла зарегистрировать своего кандидата, но вместо поддержки представителя РКП-КПСС генерала В.Лысова предпочла помочь “независимому” претенденту. По и.о. № 108 КПРФ выставила в противовес кандидату РКРП Ю.Слободкину депутата предыдущего созыва А.Зайцева. В результате Слободкин собрал 50 тысяч голосов, Зайцев - 21 тысячу, а победителем стал представитель “Выбора России” С.Юшенков с 59 тысячами бюллетеней. Очевидно, что отобранных Зайцевым у Слободкина голосов с лихвой хватило бы для победы над кандидатом “демократов”. В 175-м Новомосковском и.о. вместо рабочего от РКРП В.Регузова зюгановцы проголосовали за сторонницу правительства из объединения “Женщины России”. В 200-м Тушинском и.о., пообещав снять своего кандидата в пользу одного из лидеров “Трудовой России” В.Гусева, КПРФ, разумеется, обещание не выполнила, вследствие чего от округа в Думу прошел всем известный кичливый буржуа Боровой. В Туле обком КПРФ, не выставив на выборах своего кандидата, отказал в поддержке местному лидеру РКРП А.Шикалову, зато рекомендовал своим сторонникам голосовать за... А.Лебедя! В другом тульском округе секретарь обкома КПРФ А.Лунев и аграрий В.Стародубцев подписали воззвание с призывом поддержать сторонника “Нашего дома - Россия” генерала МВД Папарина, выступавшего соперником не только члена РКРП Серегина, но и официального выдвиженца КПРФ Семаго. После того как А.Лебедь покинул Думу и в округе были назначены выборы нового депутата, секретарь тульского обкома КПРФ И.Худяков от имени коммунистов заявил о поддержке бывшего шефа службы безопасности Ельцина, лично участвовавшего в подавлении восстания 1993г., Александра Коржакова.

    Президентские выборы 1996г. еще раз продемонстрировали стиль взаимоотношений между левыми и “народными патриотами”. Зюганов и Тулеев,  добившись поддержки от РКРП, проигнорировали все данные левым обещания. Более того, Тулеев, во многом обязанный сбором подписей именно РКРП, не только ни разу не упомянул рабочую компартию в своих телевыступлениях, но и выступил с более правых позиций, нежели Зюганов. Зюганов, во всяком случае публично, вплоть до начала июля не заявлял о своем “уважении” к Лужкову, и не называл “умнейшим человеком” Явлинского, как это сделал Тулеев уже в марте 1996г.

    Местные выборы протекали примерно так же, как и общероссийские. Левые последовательно поддерживали кандидатов в губернаторы от КПРФ. В Волгоградской, Саратовской, Самарской, Курганской областях, на Кубани и в ряде других регионов РКРП, а также существовавшие кое-где организации других партий Роскомсоюза (кроме «твердокаменной» ВКПБ) помогали выдвиженцам НПСР. Лишь в Ленинграде РКРП выставила Ю.Терентьева, собрав примерно 4% голосов. Логика была старой: кто сильнее (КПРФ), тот и должен быть ведущим, остальным отводится роль пристяжных (Роскомсоюз).

    Особый случай представляла Тюмень. Здесь традиционно сильнее РКРП, на парламентских выборах обошедшая местных сторонников Зюганова. РКРП выставила в губернаторы депутата А.Черепанова, КПРФ - бизнесмена В.Чертищева. Оба возглавляют местные организации двух партий. РКРП еженедельно выпускает газету тиражом 20 тысяч экземпляров, у КПРФ газеты вообще не было. Черепанов в сжатые сроки собрал 18 тысяч подписей, Чертищев в последний день сдал 10 тысяч. Черепанов получил 8,5% голосов, Чертищев - 7,6%. Тюлькин и Терентьев вели переговоры с Зюгановым и Купцовым, взывая к совести последних и напоминая, как рабочая компартия везде и всюду помогала “народным патриотам”. Пообещав дать ответ спустя неделю, руководители КПРФ об обещании, само собой, позабыли.

    Но этим дело не закончилось. 25 января на заседании Политисполкома СКП-КПСС депутат от Тюменской области Анатолий Чехоев заявил, что представитель КПРФ В.Чертищев набрал 8,5% голосов, а кандидат от РКРП А.Черепанов 7,8%, после чего обвинил рабочую компартию в срыве единых действий! То есть и здесь КПРФ не побрезговала прямым подлогом фактов.

    Аналогичным образом обстоит дело с выборами депутатов местных органов власти - в Московской, Смоленской, Астраханской областях, Приморском крае и иных регионах организации КПРФ, предварительно пообещав пойти на «раздел» округов с левыми организациями, на деле эти договоренности полностью нарушали, выдвигая против рабочих активистов директоров и предпринимателей, даже и не состоящих в КПРФ.

    Вначале деятельности КПРФ Зюганов не только последовательно игнорировал совместные уличные манифестации левых, но и с большим удовольствием объяснял журналистам, почему трудящимся не надо ходить на митинги, а следует сидеть дома. Известно, как именно Зюганов по просьбе властей уговаривал расходиться по домам участников созванных отнюдь не КПРФ митингов 20 августа 1993г. у Дома Советов, 7 ноября 1993г. и 17 марта 1994г. Так, 16 марта 1994г. Зюганов в интервью ЦТ заявил, что “мы никакого отношения к этому митингу не имеем, мы туда не пойдем. Для нас нет этого митинга”.  Первомай 1994г. он предпочел встретить вместе с ФНПР, призывая сторонников партии не участвовать в красной манифестации по Ленинскому проспекту Москвы, куда сам вынужден был прийти после того, как желто-голубые профбоссы издевательски не дали ему выступить. Левые выступить дали. Откровенное предательство было совершено Зюгановым в ночь со 2 на 3 октября 1993г. На Смоленской площади еще не была разобрана баррикада, ФНС призывал к массовым манифестациям, левые силы организовывали кампанию против полицейской диктатуры Ельцина - а Зюганов, допущенный с явного согласия Ельцина на телевидение, призвал россиян “сохранять спокойствие и сдержанность, не поддаваться на провокации, в митингах и забастовках не участвовать”.

    Не намерена была КПРФ участвовать и в других совместных акциях с левыми. Знаменитый сбор 246 тысяч подписей ленинградцев против повысившего вдвое коммунальные платежи губернатора Яковлева проходил без всякого участия КПРФ, не поддержавшей эту акцию. Наконец, 5 марта 1998г. при посредничестве О.Шенина, В.Тюлькин подписал соглашение с Г.Зюгановым, в котором стороны «потвердили необходимость достижения единства в коммунистическом движении Российской Федерации, и, с целью поисков подходов к решению данной задачи признали целесообразным создать рабочую группу из представителей КПРФ и РКРП для определения возможных путей и этапов объединения коммунистов». При этом КПРФ брала на себя обязательство «оказать содействие профсоюзу «Защита» по проведению акции в поддержку КЗоТа 24 апреля» (о чем «Защита» Г.Зюганова не просила - то есть В.Тюлькин без попытался втянуть рабочий профсоюз в политические игры с КПРФ), а также «оказать содействие по внесению в ГосДуму проекта КЗоТа, разработанного Фондом Рабочей Академии и ОРП «Защита»». Естественно, первое обязательство выполнено не было, а внести в Думу проект закона о труде депутат от РКРП В.Григорьев мог и без КПРФ. Зато В.Тюлькин, поддержанный затем пленумом ЦК РКРП, признал КПРФ «коммунистической» партией и во всеуслышанье заявил о желательности объединения двух организаций. Более того, в том самый момент, когда печать РКРП оживленно обсуждала капиталистическую сущность предложенного КПРФ «Земельного Кодекса», означавшего продаже земли в собственность председателей колхозов, первый секретарь ЦК РКРП В. Тюлькин подписал совместное заявление с Г.Зюгановым и О.Шениным такого содержания: «Мы требуем от президента и Совета Федерации принять Земельный Кодекс РФ в редакции Государственной Думы».

    Зато КПРФ в довольно сжатые сроки сумела поставить под свой контроль СКП-КПСС, на который так много надежд возлагали ностальгические сторонники прежних аббревиатур из Союза коммунистов, Большевистской платформы и пр. небольших радикальных организаций, рассчитывавших на приток свежих сил путем рекрутирования бывших членов партии, которые-де в партии с другим названием идти не хотят (в названии, оказывается, дело!).

    Деятельность образованного в марте 1993г. СКП-КПСС не является предметом нашего исследования. Заметим только, что в период своего принятия Программа СКП-КПСС была намного левее и прогрессивнее, чем патриотические манифесты входившего тогда в ФНС Зюганова или парламентские проекты В.Купцова. В ней, например, шла речь об упразднении президентского поста, национализации части предприятий, государственной монополии внешней торговли и ставилась задача содействия возникновению и утверждению коммунистического общества. Однако, объявив социал-демократов коммунистическим течением и высказавшись за союз с национальной буржуазией, СКП-КПСС широко открыла двери для принятия в свой состав оппортунистических и прокапиталистических сил. В Совете СКП-КПСС возобладали “беспартийные” работники аппарата КПСС - достаточно заметить, что на 4 членов “Союза коммунистов”, проявлявшего наибольшую инициативу в образовании СКП, приходилось около 100 человек, не входивших ни в одну из партий “Союза  коммунистических партий”, а из 415 делегатов восстановительного XXIX съезда КПСС 265 ранее работали в аппарате. Более того, лидеры СКП-КПСС немало обиделись, когда КПРФ и КПУ воздержались от немедленного вступления в Союз.

    Да, действительно, в течение первого года после воссоздания КПРФ ее руководство старательно избегало организационного слияния с СКП. Смущало, видимо, несколько обстоятельств:

    - необходимость завоевания контроля над СКП в условиях, когда сама КПРФ еще не встала на ноги прочно;

    - излишне демонстративная и потому негодная для КПРФ социалистичность Программы СКП.

    Вскоре после вступления КПРФ в СКП-КПСС, 21 мая 1994г., Политисполком Совета СКП-КПСС осудил “коммунистическое многоцентрие” и “рекомендовал коммунистам объединяться в единые организации”, т.е. фактически предложил партиям Роскомсоюза распуститься и раствориться в численно многократно преобладающей КПРФ. Дошло до того, что члены Совета СКП-КПСС ставленники КПРФ А.Мельников и А.Чехоев обвинили Марксистскую платформу в развале КПСС.

    27 апреля 1994г. Политисполком СКП-КПСС приостановил членство в Совете СКП-КПСС Пригарина, Тураевой и Черняховского («Союз коммунистов»).  В июле Пригарин во избежание “раскола в СКП-КПСС” (который как раз был необходим для размежевания с оппортунистическим крылом, да только Алексей Алексеевич, видно, не почувствовал поддержки и способности кого-то расколоть и создать левый СКП) под напором обвинений в “грубом нарушении партийной дисциплины” вышел из Политисполкома “по собственному желанию”. В декабре 1994г. руководство СКП-КПСС отказалось допустить на Пленум Совета Союза партий его членов Кошевого и Шурпу, представлявших Приднестровскую компартию и замеченных в подозрительных связях с Роскомсоюзом. Несмотря на решение этого декабрьского пленума о введении в состав программной комиссии представителя “Большевистской платформы”, Политисполком затем ни разу этого представителя ни на одно заседание комиссии не пригласил.

    В июле 1995г. на ХХХ съезде СКП-КПСС КПРФ окончательно взяла его под контроль. Россию представляли 127 делегатов КПРФ, 39 РКРП и по десять от двух конкурирующих “Союзов коммунистов” (Пригарина и Маркова).

    К этому времени из состава Политисполкома СКП-КПСС были выведены 1-й секретарь ЦК ВЛКСМ А.Езерский, редактор “Гласности” Ю.Изюмов, когда-то участвовавшая в крамольном ОФТ И.Епищева, руководитель Союза коммунистов Латвии И.Лопатин, председатель Союза офицеров С.Терехов, председатель Большевистской платформы Т.Хабарова, член Союза коммунистов С.Черняховский и неудачливый восстановитель КПСС С.Степанов. А после съезда в руководстве СКП-КПСС не осталось ни Авалиани, ни Умалатовой, ни Шашвиашвили. Из шести руководителей СКП-КПСС (председатель и его заместители) пять были избраны по предложению КПРФ.

    Почти одновременно агенты КПРФ в СКП-КПСС предложили проект новой редакции Программы СКП-КПСС. Суть изменений состояла не только в развитии тезиса о блоке с российским бизнесом в “антиколониальной борьбе”, но и в утверждении бюрократической трактовки причин кризиса КПСС и СССР. “Сказалось ослабление руководящей роли КПСС в обществе, образование в ней платформ и фракций и политическое перерождение группы руководителей страны”. Отрицался бесспорный факт, что именно КПСС, наряду с “ДемРоссией”, в конце 80-х годов была ударной силой реакции, и “антинародный режим Ельцина” всего-навсего исполнил резолюции пленумов ЦК о приватизации предприятий и переходе к рыночной экономике. Зато были заклеймены “платформы” и “фракции”, которые, исключая “Демплатформу”, придерживались левой, антирыночной, антигорбачевской ориентации (Марксистская, Большевистская платформа, ДКИ). Как справедливо заметил Анатолий Крючков, “не организационное разрыхление и не образование платформ в КПСС - одна из причин поражения КПСС, а сохранение в рамках КПСС мнимого организационного единства коммунистов с псевдокоммунистами всех мастей вместо решительного размежевания с ними”.

    Единственное, что КПРФ не удалось сделать на ХХХ съезде - сменить вывеску. В соотношении 125 к 270 предложение переименовать СКП-КПСС просто в СКП, выдвинутое Зюгановым, было отклонено.

    Партии Роскомсоюза регулярно выступают с коллективными заявлениями протеста в связи с попытками СКП-КПСС объединить российских коммунистов под единой партийной структурой (читай - под КПРФ). Заявлений написано настолько много, что хочется задать всего один вопрос: а зачем, собственно, протестовать? Разве неизвестно, что СКП-КПСС превратилась в фактически прозюгановскую структуру? Разве эта прозюгановская структура обладает хоть каким-то серьезным влиянием в России? Разве стоит тратить внимание на аппаратных интриганов, способных только к пустому говорению в московских ДК? Какая разница для членов РКРП или РПК, что там опять сказал Лигачев?

    Фактически, сегодня руководство партий Роскомсоюза, на словах критикуя КПРФ как некоммунистическую партию, своим реальным сотрудничеством с партией Зюганова создает у трудящихся иллюзорное восприятие действительности, а именно - сохраняет КПРФ облик партии левого типа, не позволяет провести решительную черту между зюгановцами и коммунистами, оттягивая таким образом формирование в России мощной пролетарской коммунистической партии.

     

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 32      Главы: <   20.  21.  22.  23.  24.  25.  26.  27.  28.  29.  30. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.