Движение за Свободу Слова - Радость революции - Кен Нэбб - Революция - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


Политические войны
Политика в разных странах
Основы политической теории
Демократия
Революция
Анархизм и социализм
Геополитика и хронополитика
Архивы
Сочинения

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 44      Главы: <   19.  20.  21.  22.  23.  24.  25.  26.  27.  28.  29. > 

    Движение за Свободу Слова

    Несмотря на свою наивность, беспорядочность и недостаточно жёсткую делегатскую подотчётность, ДСС является хорошим примером спонтанных тенденций к практической самоорганизации, возникающих в радикальной ситуации. Было сформировано около двух дюжин "централов" для координации печати, пресс-релизов, юридических консультаций, приготовления еды, систем звукоусилителей и прочих необходимых атрибутов, или для размещения добровольцев, которые проявили свои навыки и готовность выполнять различные задания. Телефонные деревья (диверсионная система, по которой люди начинают перезваниваться по телефону по разветвляющейся "пирамиде", полностью оккупируя линии. A звонит B, C и D. B звонит E, F и G. C звонит H, I и J. D звонит K, L и M. Каждый из последних звонит ещё нескольким людям, каждый из которых... Т.о. всем достаточно сделать лишь несколько звонков, в то же время есть возможность связаться с сотнями и тысячами людей, прим.автора и переводчика.) сделали возможным контакт более, чем двадцати тысяч студентов после одного короткого уведомления. 

    Но помимо простых вопросов практической эффективности и даже по ту сторону очевидных политических вопросов, повстанцы прорывались через весь фасад спектакля и приобретали вкус реальной жизни, реальной общности. По оценке одного из участников, в течение нескольких месяцев он познакомился, здороваясь, по крайней мере кивком головы, с двумя или тремя тысячами человек - и это в университете, который был знаменит тем, что "превращает людей в количества". Другой трогательно написал: "Перед лицом учреждения, явно и сокрушительно предназначенного для деперсонализации и блокирования общения, не являющегося ни человечным, ни красивым, ни отзывчивым, мы обнаружили в самих себе то цветущее присутствие, против отсутствия которого мы протестовали в наших сердцах".(4) 

    Радикальная ситуация должна или распространиться или умереть. В крайних случаях определённое место может послужить более или менее постоянной базой, фокусом для координации и убежищем от внешних репрессий. (Сельский район Санризука, поблизости от Токио, который был оккупирован местными фермерами в течение 1970-х в попытке блокировать строительство местного аэропорта, защищали настолько упорно и успешно и так много лет, что его начали использовать в качестве штаба для самой разнообразной борьбы по всей Японии). Но фиксированное местоположение облегчает манипулирование, слежку и репрессии, а люди, защищающие его, утрачивают свободу передвижения. Радикальные ситуации всегда характеризуются большим количеством перемещений: в то время, как одни стягиваются к ключевым местам, чтобы увидеть, что происходит, другие идут вразброд, распространяя завоевания по прочим районам. 

    Простым, но очень важным шагом в любом радикальном действии является то, что люди рассказывают другим, что они делают и почему. Даже если то, что они сделали очень ограниченно, подобное сообщение само по себе является примером: помимо того, что игра выходит на более широкое поле и призывает других присоединиться к ней, она избавляет от обычной зависимости от слухов, новостей из СМИ и самозваных представителей. 

    Это также крайне важный шаг для прояснения ситуации для самих себя. Предложение выпустить коллективное коммюнике представляет конкретные альтернативы: С кем мы хотим связаться? Чего ради? Кто заинтересован в данном проекте? Кто согласен с данным заявлением? Кто несогласен? С какими пунктами? Это может привести к поляризации, поскольку люди могут видеть несколько решений для одной проблемы, определить свои взгляды, и перегруппировать людей со схожими взглядами для различных проектов. 

    Такая поляризация проясняет существо вопросов для всех. Каждая тенденция может свободно выражать себя и проверять свои идеи на практике, а результаты будут лучше различимы, чем, если противоречащие друг другу стратегии смешивались бы в неком избранном на нижайшем уровне общности компромиссе. Когда люди видят практическую необходимость, они будут координировать свою деятельность; в то время как рост автономных индивидов гораздо более плодотворен, чем поверхностное "единство" сверху вниз, к которому всегда призывают бюрократы. 

    Иногда большие толпы дают людям возможность добиться таких вещей, за которые было бы просто неразумно браться изолированным индивидам; и некоторые коллективные действия, такие как забастовки или бойкоты, требуют от людей действовать в согласии, или по крайней мере не идти против решений большинства. Но многими другими вопросами могут заниматься напрямую индивиды или небольшие группы. Лучше бастовать и ковать железо пока оно горячо, чем растрачивать время впустую на попытки опровергнуть возражения масс зрителей, которые всё ещё находятся под заклятием своих манипуляторов.

    Ситуационисты в Мае 1968 г.

    У небольших групп есть все права выбирать с кем сотрудничать: специфические проекты могут требовать специфических способностей или близости и согласия между участниками. Радикальная ситуация открывает более широкие возможности среди более широкого круга людей. Упрощая основные вопросы и преодолевая привычные разделения, она придаёт массам обычных людей способность выполнять такие задачи, которые им и не снились неделю назад. В любом случае, только самоорганизованные массы способны выполнять такие задачи - никто не может выполнить их от их лица. 

    Какова роль отдельных радикалов в таких ситуациях? Ясно, что они не должны претендовать на то, что представляют или ведут за собой народ. С другой стороны, абсурдно заявлять, во имя избежания иерархии, что они должны "немедленно раствориться в массах" и прекратить высказывать свои собственные взгляды или выступать с собственными инициативами. Вряд ли им нужно делать меньше, чем обычным "массовым" индивидам, которые должны выражать свои взгляды и выступать со своими инициативами, в противном случае ничего не произойдёт. На практике те радикалы, которые заявляют, что боятся "говорить людям, что делать" или "действовать вместо самих рабочих" обычно заканчивают тем, что ничего не делают или маскируют бесконечные повторения постулатов своей идеологии под видом "отчётов о дискуссиях между отдельными рабочими". 

    У ситуационистов и группы Enrages был намного более ясный и откровенный подход в Мае 1968 г. В течение первых трёх или четырёх дней захвата Сорбонны (1417 мая) они открыто выражали свои взгляды на задачи ассамблеи и движения в общем. Благодаря этим взглядам Рене Ризль, один из группы Enrages, был избран в первый Комитет по Захвату Сорбонны, а на следующий день вместе с другими делегатами переизбран. 

    Ризль и ещё один делегат (остальные просто ускользнули от выполнения каких-либо обязанностей) усиленно работали над обеими политическими линиями, защитником которых он являлся: поддержание тотальной демократии в Сорбонне и наиболее широкое распространение призывов к захвату фабрик и формированию рабочих советов. Но после того, как ассамблея неоднократно позволила различным неизбранным левацким бюрократиям завладеть Комитетом по Захвату и не подтвердила призыв к формированию рабочих советов (отказываясь таким образом от призыва к рабочим делать, то что она сама делала в Сорбонне), группа Enrages и ситуационисты покинули ассамблею и продолжали свою агитацию независимо. 

    В этом отколе не было ничего анти-демократичного: ассамблея Сорбонны оставалась свободной делать всё, что ей вздумается. Но когда ей не удалось справиться со срочными задачами ситуации и она начала противоречить даже собственным претензиям на демократию, ситуационисты поняли, что она больше не является основной точкой самых радикальных возможностей движения. Их диагноз подтвердился последующим провалом всех претензий на демократию участия в Сорбонне: после их ухода ассамблея больше не проводила собраний и вернулась к типичной левацкой форме самозваных бюрократов, управляющих событиями над головами пассивных масс. 

    Пока всё это происходило среди нескольких тысяч человек в Сорбонне, миллионы рабочих захватывали фабрики по всей стране. (поэтому и абсурдно характеризовать Май 1968 г. как студенческое движение) Ситуационисты, группа Enrages и несколько дюжин советовских революционеров основали Совет по поддержке захватов (CMDO) с целью воодушевить тех рабочих, которые обходили профсоюзную бюрократию и связывались друг с другом напрямую для того, чтобы реализовать уже открытые радикальные возможности для своего действия.(5) 

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 44      Главы: <   19.  20.  21.  22.  23.  24.  25.  26.  27.  28.  29. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.