БОЛЕЗНЬ ЖЕНЫ - Русская трагедия (гибель утопии) - Александр ЗИНОВЬЕВ - Политика в разных странах - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


Политические войны
Политика в разных странах
Основы политической теории
Демократия
Революция
Анархизм и социализм
Геополитика и хронополитика
Архивы
Сочинения

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 201      Главы: <   66.  67.  68.  69.  70.  71.  72.  73.  74.  75.  76. > 

    БОЛЕЗНЬ ЖЕНЫ

    Нам усиленно вбивают в головы утверждение, будто частная (платная) медицина лучше чем государственная советская (бесплатная). Сравнение бессмысленное, поскольку вторая уже не существует, а первая ограбила то, что было в советской медицине, и монополизировала все медицинские средства. Ясно, что теперь остатки бесплатной советской медицины выглядят жалко в сравнении с разжиревшей частной. Но кому она доступна и чего она стоит?!

    По телевидению была большая передача, посвященная недостаткам бесплатной советской и достоинствам платной частной постсоветской медицины. Среди недостатков советской медицины отмечали то, что в больницах торчали в основном здоровые люди, что было массовое злоупотребление справками и бюллетенями по болезни. Приводили примеры медицинских ошибок: кто-то умер от пустякового аппендицита, у кого-то отрезали не ту ногу. Рассказывали пошлые анекдоты, высмеивающие недостатки медицины. Упоминали, конечно, о злоупотреблениях психиатрией против диссидентов и т. п. Потом показали частную больницу, оборудованную якобы по последнему слову медицинской техники и укомплектованную самым первоклассным персоналом. Сказали, что она вполне на уровне больниц такого рода западных стран. Выступили пациенты больницы, расхваливавшие ее достоинства и как бы между прочим лягавшие “примитивную” советскую бесплатную медицину.

    Я не стал бы смотреть эту передачу и тем более говорить о ней, если бы это не коснулось нас лично: заболела Жена. Потребовалась операция. В городской больнице (остаток советской медицины) нужно ждать в очереди. Кроме того, в ней нет нужных инструментов, лекарств и специалистов — все это какими-то путями перекочевало в частные больницы. А в них надо платить большие деньги. Где их взять? Того, что я имею за частные уроки, слишком мало. Да и этот источник скоро кончится. Сын и дочь сами еле сводят концы с концами. Продать квартиру и купить похуже? На это нужно время. К тому же Сын хочет продать свою квартиру, чтобы начать бизнес, а с семьей поселиться у нас.

    Решили продать библиотеку. Сын нашел покупателя. Это крупный книжный спекулянт из “новых русских”. Продали за полцены. Мне расставаться с книгами было очень больно. Собирали несколько десятков лет. Эта потеря приобрела для меня символический смысл расставания с советским прошлым. Остались только мои научные книги, теперь ненужные никому, и немногие любимые книги, которые я постоянно перечитываю. Они все разместились на книжных полках в моей комнате.

    Без книг квартира стала какой-то чужой. С переездом Сына домашние семинары придется отменить. Критик предложил проводить их у него. Это — выход. Но надолго ли?

    В связи с болезнью Жены я особенно остро почувствовал потерю коллектива. Что было бы, если бы это случилось в советское время! В лаборатории добились бы лучшей больницы и лучших врачей. Бесплатно, конечно. Добились бы путевки в санаторий на месяц. Тоже бесплатно. И все это время было бы оплачено на работе. Сотрудники лаборатории навещали бы Жену в больнице и дома. Приносили бы вкусные вещи. И это — искренне. Это — в натуре русского коллективизма. Теперь ничего этого нет. Никто ее не навещает в больнице. Теперь ты брошен на произвол судьбы. Выкарабкивайся сам как можешь. А не можешь — погибай. Всем на это наплевать. Таких , как ты, полно. Без вас, как говорится, воздух чище будет.

    Операция была вроде бы успешной. Но нужны дорогие лекарства и не менее дорогое особое питание. Наших пенсий, моей зарплаты и платы за уроки для этого мало. Пришлось продать все драгоценности, которые я дарил Жене и которые мы для нее покупали по особо торжественным случаям. Их было не так уж много: обручальные кольца, пара колечек с камушками, цепочка на шею с медальончиком, браслет, брошка и часы. Расставаться с этим было мучительно, поскольку эти вещи имели для нас не столько материальную ценность, сколько символическую. С ними из нашей жизни уходила живая память о прожитой совместно жизни. У нас отнимали не только будущее, но и прошлое. Один жулик предложил продать ему наши докторские дипломы и мой профессорский диплом (зачем они ему?!), но он предложил такую мизерную цену, что продажа теряла смысл.

    Во время пребывания в больнице Жена полностью потеряла интерес к православию и сектантству. Сказала, что ей стыдно за то время, когда она “путалась” (это ее слово) с ними. Сказала также, что как только встанет на ноги, непременно найдет работу по профессии или близко к ней. Не может же быть, чтобы такой специалист нигде не требовался! Я кивал в знак согласия, хотя знал, что теперь в России, как и на Западе, найти работу женщине старше тридцати пяти лет по профессии, требующей высокого уровня образования и практического опыта, почти невозможно. Никто из теоретиков не хочет объяснить этот парадокс научно-технического прогресса. А объяснение банально: высокий уровень образования и опыт фактически не требуются, для них находится компенсация, а молодым и неопытным платят в несколько раз меньше. К тому же их используют как бесплатных любовниц.

    Жена тоже страдает бессонницей. По ночам я иногда сижу около нее. Вспоминаю прошлое. Рассказываю о знакомых, о прочитанном, об увиденном. Она слушает — говорить ей пока трудно. Потом засыпает, как ребенок, оставив свою руку в моей. Иногда я так просиживаю до утра, боясь пошевельнуться и разбудить ее.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 201      Главы: <   66.  67.  68.  69.  70.  71.  72.  73.  74.  75.  76. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.