Социально-культурные предпосылки для антисемитизма в России - Евpеи, диссиденты и евpокоммунизм - С. Кара-Мурза - Анархизм и социализм - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


Политические войны
Политика в разных странах
Основы политической теории
Демократия
Революция
Анархизм и социализм
Геополитика и хронополитика
Архивы
Сочинения

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 16      Главы: <   5.  6.  7.  8.  9.  10.  11.  12.  13.  14.  15. > 

    Социально-культурные предпосылки для антисемитизма в России

    В прошлой статье я говорил об экономических предпосылках для антисемитизма. Cама Р.Рывкина, как социолог, признает, что этносоциальное неравенство - различие социального положения в зависимости от национальности - всегда есть предпосылка для напряженности, недоверия, боязни (фобии). Дальше в своей книге она почему-то об этом забывает. В конце XIX века погромы начались, когда относительное число торговцев среди евреев в 100 раз (!) превысило долю торговцев среди лиц других национальностей. А что же сегодня?

    Р.Рывкина претендует на то, чтобы в своей книге дать точный социальный портрет евреев. По ее данным, 68% евреев имеют высшее образование, а включая лиц с незаконченным высшим - 76%. Если же прибавить лиц, окончивших техникум, то это 90% евреев. То есть, практически все они принадлежат к прослойке интеллигенции. Как пишет Р.Рывкина, "подавляющее большинство респондентов работают на должностях специалистов". Очевидно, что это - ярко выраженное этносоциальное неравенство. И в ходе приватизации, когда практически вся государственная собственность присвоена "прослойкой специалистов", это неравенство приобрело характер антагонизма.

    Более того, в ходе перестройки положение и здесь сильно изменилось - половина евреев сегодня работает в "гуманитарной сфере". Поскольку деньги и манипуляция сознанием стали в России главным средством господства и власти, то бригада "мастеров денежных дел" и специалистов-гуманитариев предстает перед русскими как господствующее меньшинство. И оно приобрело ярко выраженные национальные черты. Удивляться приходится лишь тому, что эта предпосылка антисемитизма не превратилась в активную юдофобию. Значит, есть особенности русской культуры, которые этому мешают. Но, судя по всему, именно эти особенности сегодня интенсивно разрушаются усилиями политического режима и "специалистов-гуманитариев".

    Именно благодаря их деятельности экономическая основа для антиеврейских настроений дополняется культурным фактором: евреи декларируют себя как принципиальные противники не только традиционного для России типа хозяйства, а и всего жизнеустройства. Если хозяйство призвано удовлетворять прежде всего материальные потребности человека и общества, то жизнеустройство включает в себя культуру, идеалы.

    Философ Д.Фурман, обвиняя русских в антисемитизме, представляет евреев как наиболее "прозападную" группу. На основании опроса 1991 г. он пишет: "С тем, что на Западе создано лучшее из возможных обществ и нам надо следовать за Западом, согласились 13,2% русских и 52,5% евреев". Но если большинство евреев считают благом то, что для русских бедствие,- не это ли и есть причина напряженности, вполне объективная предпосылка юдофобии? Ведь юдофобия в переводе на русский означает "страх перед иудеем".

    В ходе реформы Гайдара-Чубайса, идущей под самоназванием "либеральной", обвинение в антисемитизме сделано сильным идеологическим оружием. Этот ярлык старательно увязан с отрицанием "реформы", за которым якобы стоит антилиберализм. Раз антилиберал - то значит и антисемит. С. Лёзов в книге "Русская идея и евреи" пишет о "новом патриотизме" как якобы продолжении черносотенства, которое якобы было антисемитизмом: "Содержание идеологии нового патриотизма черпается главным образом из расистской мысли... Структура новой национальной идеологии во многом определена структурой той коммунистической идеологии, что до недавнего времени почти безраздельно господствовала в нашей стране... Если рассматривать коммунизм и расизм как наукообразные учения, возникшие в Европе XIX века и ставшие массовыми идеологиями в ХХ веке, то надо будет отметить их общую особенность: антилиберальный пафос, их общее противостояние либеральным ценностям".

    Таким образом, борьба с антисемитизмом стала в России политически очень выгодным инструментом запугивания всяких противников реформы Гайдара-Чубайса. Эта идеологическая линия тесно сплетена с самым примитивным антикоммунизмом и ненавистью к советскому строю. Ненависть эта в таком контексте принимает нередко черты паранойи - врагом становится уже не только советское государство, армия, экономика, школа и т.п. земные институты, но даже и само христианство, которое исповедовали советские люди.

    Вот, З.Крахмальникова в книге "Русская идея и евреи" развивает мысль некоторых еврейских теологов о том, что настоящее обращение крещеного люда в христиан происходит лишь после Освенцима как "Голгофы современного человечества" (как утверждает еврейский теолог И.Мейбаум, "в Освенциме евреи стали (для христиан) искупительной жертвой за грехи всего человечества" - как бы новым, настоящим Христом). Но, однако, не всем крещеным дается такая благодать. З.Крахмальникова пугает совков: "Осмелюсь предположить, что христианам, принадлежащим к добровольно плененной сталинизмом Церкви, не дано было почувствовать "проявленное в отношении к ним милосердие Божие и стать обращенными".

    Причем это проклятие над нами неизбывно, ничем эту пророчицу умаслить нельзя, никакому Горбачеву или Ельцину: "Падшая Россия. Погубленные души... И геноцид. Геноцид, который придется благословлять пастырям Церкви молчанием и сотрудничеством с палачами. А когда иссякнет сила большевизма, разорившего весь российский мир, восстанут необольшевики, которые объявят себя спасителями России и будут звать к новым погромам ради спасения нации и объявят фашизм и нацизм "православием" Державы".

    И все это мракобесие печатает издательство "Наука". Попробуй не напечатать...

    Всем уже ясно, что т.н. "радикальные демократы" имеют целью не экономическую реформу (разумную или ошибочную), а именно смену типа цивилизации, типа культуры. Это и отвергается подавляющим большинством населения, которое к идее рынка отнеслось в общем благосклонно, но считают, что о смене культуры "не договаривались". В этом цивилизационном и культурном выборе евреи резко противопоставили себя этому большинству. По данным Р.Рывкиной, в 1995 г. из числа тех, кто собирался идти на выборы и определил свое предпочтение, 71% евреев шли голосовать за партии "радикальных демократов" - Гайдара, Явлинского и Б.Федорова (а если прибавить "народный капитализм Св.Федорова, то 81%). А за КПРФ менее 5% евреев. Это не расхождение с массой, а противопоставление, "двухполюсный мир".

    Таким образом, фактические данные противоречат выводу Р.Рывкиной о том, что "евреи практически растворились в русской культуре и не образуют культурно однородной национальной общности". По уровню и типу образования, по социальному положению и по культурной ориентации евреи именно образуют очень компактную общность, резко отличающуюся от других народов России. Если же включить в число характеристик такой экономический показатель, как душевой доход, то различия окажутся разительными.

    Р.Рывкина искажает реальность, приводя величину среднего дохода опрошенных евреев. Если уж речь идет об этносоциальной характеристике, требовалось включить в расчет и то богатейшее меньшинство (Березовского, Гусинского и т.п.), которое опросу не подвергалось. Тем более, что евреи, по выражению А.Штайнзальца, "не народ, а семья". (Подобные данные приводит М.Вебер в виде вероисповедальной статистики. Так, например, в 1895 г. в Бадене на 1 тыс. человек католики имели 589 тыс. марок капитала, протестанты 954 тыс. марок, евреи свыше 4 млн. марок). Ни о какой "растворенности" евреев говорить сегодня не приходится.

    Р.Рывкина, говоря о "гиперактивности" евреев в нынешней реформе, ссылается на живущего в США А.Гройсмана, который пишет о евреях в Якутии: "На примере якутской еврейской диаспоры отчетливо видны определенные закономерности существования евреев в диаспоре вообще и в российской в частности. Удивительным образом евреи всегда ухитряются сочетать обособленность с гиперактивным участием в жизни народа, среди которого они селятся. И эмоции, могущие возникнуть у каждого из нас по этому поводу, неоднозначны: от чувства гордости ... до досады из-за приводящих к беде прежде всего нас самих негативных черт национального характера - отсутствия чувства меры, эгоизма и т.д.".

    А.Гройсман говорит о досаде самих евреев. Но ведь надо подумать и о чувствах "народа, среди которого они селятся". Пока что эти чувства сходу и огульно клеймятся как нелепый, ни на чем не основанный антисемитизм. А дело в том, что радикальные реформаторы пытаются силой заставить русских людей жить не так, как русским кажется правильным и справедливым. И среди этих реформаторов евреи выступают как самая яркая и активная сила.

    И в прошлые переломные моменты острых кризисов в России евреи были влиятельной частью революционного или правящего меньшинства. Российскую империю и монархию сокрушили не большевики, а либерально-буржуазная революция, главными организаторами которой были кадеты, партия "Народной свободы", тесно связанная с еврейской интеллигенцией. Не меньшее количество евреев было "делегировано" и в другие революционные партии и движения.

    Смешно говорить, что революция такого масштаба, как русская, могла быть результатом "заговора". Речь не об этом, а о том, что в этой драме евреи вышли как актеры первого плана - и придали этой драме особо жестокий, безжалостный характер. Вот свидетельства двух евреев, исходя из разных установок.

    И.Я.Гурлянд, "черносотенец", пытавшийся предотвратить разрыв евреев с Россией, писал в 1912 г.: "Еврейская молодежь с головой окунулась в политические заговоры против исторических устоев Русского государства". В.Е.Жаботинский, сионист, то же самое отмечал в 1911 г.: "Все, в ком только было достаточно задору, все побежали на шумную площадь творить еврейскими руками русскую историю". И видный сионист вовсе не был этому рад, он предупреждал: "Когда евреи массами кинулись творить русскую политику, мы предсказали им, что ничего доброго отсюда не выйдет ни для русской политики, ни для еврейства".

    Стремление вылезти в трагические моменты на первый план трудно объяснить. Очень красноречива кампания по изъятию церковных ценностей в 1922 г., которая нанесла тяжелый удар по Православной церкви, привела к гибели многих священников и, бумерангом, многих активных "антиклерикалов" (уже в 30-е годы). Главным идеологом той кампании был Л.Троцкий, самое активное участие в ней приняли И.С.Уншлихт, Р.С.Землячка, Я.А.Яковлев (Эпштейн). Их напор был такой, что Ленину не раз приходилось буквально одергивать, призывая слишком не выпячивать роль евреев в такой страшной акции, выставляя вперед М.И.Калинина. Но приходилось "выпячиваться", поскольку и Калинин, и Молотов оказывали хотя и слабое, но сопротивление антиправославному экстремизму.

    Сегодня, когда на основании архивных данных ход кампании восстановлен буквально по дням, неутомимость Троцкого просто поражает - такое количество теоретических разработок, практических предложений и конкретных указаний он породил. Изъятие ценностей было лишь инструментом, речь шла о сложной программе провокаций, репрессий и внутреннего раскола - полного разрушения Церкви. В целом эта программа не увенчалась успехом благодаря выдержке духовенства и самого патриарха Тихона, а также сопротивлению - и пассивному, и активному, как верующих, так и части РКП(б). Но мы сейчас о другом - активность Троцкого и ряда других евреев выглядит просто лихорадочной. Зачем, например, лично самому Троцкому было браться за распродажу церковных ценностей за рубежом?

    Не должно быть сомнений - та драма русского народа запечатлелась в исторической памяти. И русских, и евреев. Тот факт, что об этом ни слова не говорится во всех нынешних рассуждениях об антисемитизме - плохой признак. Зачем молчать, ведь все равно никто не забыл. В прошлой главе я говорил, что нынешний иррациональный страх евреев перед погромами связан с коллективной памятью о средневековых избиениях евреев в Западной Европе. Но можно высказать предположение и о втором источнике страха - коллективной памяти евреев о делах Азефа, Голощекина, Троцкого и всей их рати. Страх, вызванный неосознанной боязнью мести со стороны русских. Это - ложный страх, проекция собственного мироощущения на русских. Этот страх в принципе мог бы быть снят в честном диалоге. Но уход от диалога ведет к утрате шанса. Такой уход - предпосылка антисемитизма. Не является ли молчание средством вызвать желанный "магнатам" антисемитизм?

    Если говорить о нашей истории, то дело не только в евреях-большевиках, а и в общей безжалостности многих видных евреев, включая противников большевиков, даже эмигрантов. Вот восторженная книга А.Ваксберга "Лиля Брик" (1998). В 1922 г. "серый кардинал" левого искусства, сотрудник ГПУ Осип Брик едет с Лилей (тайной сотрудницей ГПУ) в Берлин. К ним в отель почти каждый день приходят эмигранты Роман Якобсон и Виктор Шкловский. Как пишет А.Ваксберг, "Осип тешил друзей кровавыми байками из жизни ЧК, утверждая, что был лично свидетелем тому, о чем рассказывал. А рассказывал он о пытках, о нечеловеческих муках бесчисленных жертв. "Работа в ЧК,- констатировал Якобсон,- очень его испортила, он стал производить отталкивающее впечатление".

    Вдумайтесь в саму терминологию: "тешил друзей". Друзья морщили нос, но приходили каждый день посидеть с "Бриками" в дорогом ресторане. Это как?

    Но ведь сегодня наши евреи-неолибералы тоже доходят до глумления над своими жертвами. Вот, автор закона о приватизации, гуманитарий, бывший министр экономики Е.Г.Ясин в самый тяжелый момент реформы шутит: "Я как-то говорил с одним исключительно умным человеком, очень известным западным ученым - Биллом Нордхаузом, так он предложил: "Вы на время, когда у вас весь этот кошмар будет, "повесьте" над страной спутники и пускайте в эфир "Плейбой ченел". Может, это отвлечет? Ну а если всерьез, то надо сломать нечто социалистическое в поведении людей". Сломать - с кровью и страданиями, и еще поиздеваться, показывая замерзающим и голодным старикам голых баб с американского порнотелевидения. Это - не глумление? С Нордхаузом все ясно - с какой стати он должен бы жалеть наших стариков. Но ведь Ясин - представитель еврейской интеллигенции, которая пока еще декларирует свою принадлежность к России.

    Сегодня евреи-гуманитарии зачем-то опять вышли на первый план как сокрушители важной части культуры - моральных устоев. Не буду брать скандальные случаи, явные провокации (о них позже). Возьмем спокойные, "позитивные" продукты новой культуры. Хотя бы ту же книгу А.Ваксберга "Лиля Брик". В ней описана история, которая вызывает омерзение, от которой содрогаешься - если воспринимаешь ее в рамках привычной морали. Я всегда избегал всяких сведений о Маяковском и Лиле Брик, не хотел знать. И прочел книгу "на новенького".

    Пусть не обижается А.Ваксберг, но вот как он представил дело: вокруг поэта возникло подобие еврейской корпорации. Пользуясь безумной влюбленностью Маяковского в Лилю Брик, эта корпорация буквально пожирала поэта, другого слова не подберешь. В книге есть страшная фотография: в августе 1930 г., узнав о том, что Совнарком постановил передать Лиле Брик половину наследства покончившего с собой Маяковского (авторские права), эта корпорация на радости перепилась и запечатлела свои счастливые лица. А.Ваксберг пишет: "Постановление правительства о введении Лили в права наследства отмечали в том же Пушкине, на даче, где каждое дерево и каждый куст еще помнили зычный голос Владимира Маяковского. Арагоны уехали, все остались в своей компании и могли предаться ничем не стесненному веселью".

    А.Ваксберг изобразил Л.Брик патологической в сексуальном отношении женщиной. Зачем? Ведь факты жизни можно подать по-разному. Такие описания "специалист-гуманитарий" не может, как бы ни притворялся, дать без этической оценки. Он ее и дает - почти прямо заявляя своей книгой, что все привычные устои культуры в области морали отменяются. Эпизоды, от которых простого человека трясет, сопровождаются у А.Ваксберга репликами, выражающими восхищение: "В ее огромных темных глазах неувядающей красоты - печаль и усталость". Между содержанием эпизодов и фразеологией какое-то дикое несоответствие.

    Допустим, А.Ваксберг и впрямь боготворит эту женщину и пишет как бы для себя, отвергая "ханжескую мораль". Но ведь такие же этические оценки он дает и другим персонажам. Вот очередной адюльтер Лили, начиная с которого Маяковский покатился к самоубийству. Объект - А.М.Краснощеков (он же Абрам Моисеевич Тобинсон, он же Фроим-Юдка Мовшев Краснощек). Член комиссии по изъятию церковных ценностей (дело было как раз в 1922 г.). Вот в каких терминах его описывает автор: "Молод, красив, обаятелен, хорошо образован. Его одухотворенное, волевое лицо свидетельствовало о работе мысли и об уверенности в своей силе".

    Став председателем Промбанка, Краснощеков проворовался самым гнусным образом, задарил Лилю шубами и сел в тюрьму. Но с каким сочувствием пишет о его судьбе А.Ваксберг! Лиля носила ему передачи, "в промежутках между своими заграничными поездками пыталась использовать все свои связи, чтобы помочь Краснощекову". Наконец удалось: "По чьему-то - несомненно, очень высокому - распоряжению Краснощекова просто отпустили на волю, сославшись на состояние здоровья". Роман счастливо продолжился.

    Эта книга, одна из многих подобных, как раз и говорит русскому читателю: в России есть крепко спаянная, вросшая во власть теневая прослойка, для которой никакие обычные этические нормы не писаны. Костяк ее составляют еврейские "специалисты-гуманитарии".

    Борцы с антисемитизмом представляют нелепой саму мысль о "засилье евреев". Какая, мол, чушь. Но ведь более яркого подтверждения этой мысли, чем книга А.Ваксберга, не сыщешь. Вот Лиля Брик. Кто она? Какую должность занимает в тайной иерархии? Каков механизм ее выдвижения? Она не знает границ, свободно курсирует по Европе, иностранный паспорт получает за два дня. Вытаскивает из тюрьмы вора Краснощекова, который посажен после громкого, на всю страну, процесса. Звонит по прямому телефону председателю КГБ А.Шелепину по делам своих приятелей. Лично от министра внешней торговли, да еще по согласованию с Сусловым, получает разрешение закупать для себя продукты за границей (и об этом ей лично сообщает председатель Госбанка). Если надо освободить осужденного за изнасилование гомосексуалиста Параджанова (гения и все такое прочее - об этом мы не спорим), то по просьбе Лили Брик в Москву едет Луи Арагон, который выпрашивает милость у Брежнева в разговоре один на один. И все это - в условиях жестокого "государственного антисемитизма", якобы в постоянном страхе Лили за свою безопасность. Вот это и называется теневая власть.

    В советское время эта власть была введена в какие-то рамки (хотя, судя по всему, все время шла невидимая борьба за расширение этих рамок). Но сегодня она взяла за горло каждого. Почему скромный, никому не известный искусствовед Гусинский вдруг становится одним из сильнейших мира сего? Почему из сотни завлабов академического НИИ один невзрачный Березовский оказывается "владельцем заводов, газет, пароходов"? Ведь какие-то неведомые отделы кадров их выбрали, какие-то верховные советы их утвердили.

    Добро ли несет людям эта теневая власть? Каковы ее культурные установки, ее идеалы? Вот Иосиф Бродский, перед смертью ритуально оплевав в "Известиях" поверженную Россию, так объясняет суть еврейства. Он, мол, стопроцентный еврей не только по родству, но и по духу: "В моих взглядах присутствует истинный абсолютизм. А если говорить о религии, то, формируя для себя понятие верховного существа, я бы сказал, что Бог есть насилие. Ведь именно таков Бог Ветхого завета". Вот тебе и ценности демократии.

    Сегодня участие в нынешнем "реформировании" России евреев, вооруженных таким понятием о еврействе, на знамени которого написано "насилие", опять велико - пусть не в виде сотрудника ГПУ, а в виде банкира, эксперта и идеолога. Вспомните: перед выборами президента в 1996 г. банкиры, почему-то числом 13, выступили с призывом к компромиссу, который должен предотвратить якобы неизбежную гражданскую войну. Банкиры - почти все евреи - милостиво обещали: "Оплевывание исторического пути России и ее святынь должны быть прекращены".

    Спасибо вам, заступники России. А скажите-ка сначала, зачем же вы оплевывали святыни России? Это ведь не шутка. Да и с какого числа ваше телевидение прекратит это оплевывание? И кто будет составлять список "помилованных" святынь?

    Можно сказать, что тезис насчет "оплевывания святынь" - всего лишь предвыборная патетика 1996 г. Брякнули, мол, сгоряча. Но вот конец 1998 г. - один из банкиров, А.Смоленский, в лирическом раздумье признает: "Все последние годы мы воспринимали свою страну, с одной стороны, через отрицание ее ценностей, а с другой, так сказать, через желудок".

    Сейчас уж всем видно, что разбогатевшая и политически влиятельная часть еврейства взяла на себя роль тарана, сокрушающего "старый режим" и оставляющего нас и без святынь (ценностей), и без минимальных средств к жизни. Скажите, разве не естественно человеку испытывать страх (фобию) перед ними? Если бы такого страха не было, вот это было бы необъяснимым явлением.

    Если евреи не желают превращения предпосылок антисемитизма в активную политическую установку, они не должны уклоняться от диалога и поощрять издание массы неискренних книг и статей.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 16      Главы: <   5.  6.  7.  8.  9.  10.  11.  12.  13.  14.  15. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.