МАОИСТСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ ОБЩЕСТВЕННОГО БЫТИЯ И ОБЩЕСТВЕННОГО СОЗНАНИЯ - Идейно-политическая сущность маоизма - Воеводин С.А. и др. - Анархизм и социализм - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


Политические войны
Политика в разных странах
Основы политической теории
Демократия
Революция
Анархизм и социализм
Геополитика и хронополитика
Архивы
Сочинения

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 61      Главы: <   21.  22.  23.  24.  25.  26.  27.  28.  29.  30.  31. > 

    МАОИСТСКАЯ КОНЦЕПЦИЯ ОБЩЕСТВЕННОГО БЫТИЯ И ОБЩЕСТВЕННОГО СОЗНАНИЯ

    Критикуя в своей знаменитой книге «Материализм и эмпириокритицизм» русских махистов — представителей философского ревизионизма, В. И. Ленин показал, что великая заслуга К. Маркса и Ф. Энгельса в области философии состоит в том, что они не только создали диалектический материализм, но и достроили систему материалистической философии доверху, т.е. распространили диалектический материализм на область общественной жизни людей и тем самым создали исторический материализм, что явилось «величайшим завоеванием научной мысли» [37, 44].

    Вопрос об отношении общественного сознания к общественному бытию есть основной вопрос социологии. Вся предшествовавшая марксизму философия давала ответ на этот вопрос с позиций идеализма. К. Маркс и Ф. Энгельс в течение почти полустолетия последовательно развивали диалектико-материалистический взгляд как на природу, так и на историю человеческого общества, «беспощадно отметая, как сор, вздор, напыщенную претенциозную галиматью, бесчисленные попытки „открыть” „новую” линию в философии, изобрести „новое” направление и т.д. » [33, 357].

    Основоположники марксизма неустанно разъясняли идею материализма в социологии. «Мы делаем нашу историю сами, — писал Ф. Энгельс Й. Блоху в 1890 г., — но... мы делаем ее при весьма определенных предпосылках и условиях. Среди них экономические являются в конечном счете решающими. Но и политические и т.п. условия, даже традиции, живущие в головах людей, играют известную роль, хотя и не решающую» [20, 395].

    Эту же мысль неоднократно подчеркивал и В. И. Ленин, борясь против субъективно-идеалистических извращений марксизма народничеством. Как разъяснял В. И. Ленин, К. Маркс выработал материалистическое поднимание истории «посредством выделения из разных областей общественной жизни области экономической, посредством выделения из всех общественных отношений — отношений производственных, как основных, первоначальных, определяющих все остальные отношения» [22, 134].

    Иной подход к проблеме соотношения общественного бытия и общественного сознания у Мао Цзэ-дуна, хотя он и называл себя сторонником исторического материализма.

    У него всегда имелось на всякий случай два противоположных ответа на один и тот же вопрос. Он, например, с одной стороны, не отрицал, что во взаимоотношении производительных сил и производственных отношений, базиса и надстройки, теории и практики «производительные силы, практика и экономический базис вообще выступают в главной, решающей роли». «И кто этого не признает, — восклицал Мао, — тот не материалист» [146, т. 2, 449]. Но с другой стороны, наряду с этим в основе своей правильным положением Мао утверждал, что «в определенных условиях и производственные отношения, теория и надстройка, в свою очередь, выступают в главной, решающей роли» [там же].

    Как и все софисты, спекулирующие на диалектике, Мао Цзэ-дун претендовал на то, что он якобы преодолевает «односторонность» подхода к роли определяющих факторов общественного развития. Однако, хотя он и утверждал, что выступает против «механистического материализма», на деле его плохо скрытая претензия направлена против исторического материализма, а его позиция представляет собой протаскивание субъективного идеализма в область общественных явлений.

    Трактуя понятие общественного бытия, Мао Цзэ-дун ссылался на известное положение К. Маркса из предисловия в «Критике политической экономии» о том, что не сознание людей определяет их бытие, а общественное бытие определяет их сознание [см. там же, т. 3, 203]. Однако, приводя это классическое положение исторического материализма, он не упоминал об идущем непосредственно перед ним другом важнейшем положении, в котором раскрывается содержание категории общественного бытия, а именно что социальный, политический и духовный процессы определяются не чем иным, как способом производства материальных благ.

    Способ производства материальных благ как материальную основу жизни людей, как общественное бытие любой исторической формации, обусловливающее социальный, политический и духовный процессы жизни людей, Мао Цзэ-дун пытался подменить производным от материальной основы политическим фактором. Другими словами, он пытался вторичным подменить первичное. Так, в одном из своих «теоретических» рассуждений Мао утверждал: «Основное положение марксизма гласит, что бытие определяет сознание, что объективная реальность классовой и национальной борьбы определяет наши мысли и чувства» [там же, т. 4, 129].

    Приведенное положение является типичным примером того, как Мао подтасовывал свои формулировки, пытаясь придать ”им марксистский вид. Бытие определяет сознание — положение, безусловно, марксистское, но попытка подмены понятия общественного бытия классовой и национальной борьбой на том основании, что они «объективно реальны», — это уже не марксизм, а ревизионистское трюкачество.

    Классовая и национальная борьба относится к категории политических отношений. Вместе с правовыми, нравственными и другими отношениями людей в общественной жизни они принадлежат к сфере идеологических отношений, производных от экономического строя общества, т.е. общественного бытия. Следовательно, рассматривать их в качестве определяющего фактора духовной жизни — значит стоять на идеалистических позициях. Не случайно, чтобы свести концы с концами в своих рассуждениях и затушевать идеалистическую трактовку категории общественного бытия, маоисты гальванизировали и стали усиленно пропагандировать формулы о «тождестве бытия и сознания» и «тождестве общественного бытия и общественного сознания», связывая их с концепцией Мао о взаимном превращении материи в дух, а духа в материю и выдавая их за его «великий вклад» в философию марксизма.

    Однако напрасно маоисты тщатся выдать за «новое» то, что еще в начале века В. И. Ленин справедливо охарактеризовал как «сплошной вздор» и «безусловно реакционную теорию» [см. 33, 344]. Критикуя «теорию тождества общественного бытия и общественного сознания» махиста Богданова, при помощи которой он пытался «незаметным образом поправить и развить» К. Маркса, а на деле извратить основы исторического материализма в духе идеализма, В. И. Ленин писал: «Общественное бытие и общественное сознание не тождественны, — совершенно точно так же, как не тождественно бытие вообще и сознание вообще» [там же, 343].

    Манипуляции, подобные описанной выше, маоисты совершают и с экономическим базисом. Мао, например, относил духовную культуру к надстройке, что само по себе правильно. Но, по его мнению, «определенная культура (рассматриваемая как система взглядов) является отражением политики и экономики определенного общества... Политика и экономика данной формации определяют ее культуру... Старая политика и старая экономика — это основа старой культуры китайского народа, а новая политика и новая экономика станут основой новой культуры китайского народа» [146, т. 3, 203-204].

    Таким образом, можно видеть, что такие идеологические явления, как надстройка, имеют под собой, согласно Мао Цзэ-дуну, не один, а два базиса: политику и экономику, причем политике Мао отдает предпочтение, повсюду ставя ее на первое место. С переходом же группы Мао к особому курсу в своей внутренней и внешней политике в конце 50-х годов политика была объявлена единственным, притом абсолютно решающим фактором всего общественного развития.

    Подлинные роль и место политики в общественном развитии были определены со всей четкостью основоположниками научного коммунизма в соответствии с принципами исторического материализма. Опираясь на положение К. Маркса, что совокупность производственных отношений каждого общества является базисом, на котором возвышается юридическая, политическая и идеологическая надстройка, В. И. Ленин разработал проблемы взаимоотношения экономики и политики в эпоху диктатуры пролетариата, показал механизм их взаимодействия, раскрыл их диалектику.

    Он дал классическое определение политике как концентрированному выражению экономики, тем самым подчеркнув, что политика своим происхождением коренится в экономических отношениях людей и обусловлена интересами класса, стоящего у власти. «Самые глубокие корни и внутренней, и внешней политики нашего государства, — говорил В. И. Ленин, — определяются экономическими интересами, экономическим положением господствующих классов нашего государства» [58а , 327].

    Подчеркивая классовый характер политики коммунистов, В. И. Ленин в то же время указывал на ее строго научный характер. Партия пролетариата, отмечал В. И. Ленин, «должна действовать на научных основаниях» [72, 65]. «Марксист, — подчеркивал он в другом месте, — должен в посылки своей политики ставить только точно и бесспорно доказанные факты» [87, 319].

    Условием выработки научно обоснованной политики (тактики) В. И. Ленин считал «объективный учет всей совокупности взаимоотношений всех без исключения классов данного общества, а следовательно, и учет объективной ступени развития этого общества и учет взаимоотношений между ним и другими обществами» [39, 77]. При этом все классы и все страны должны рассматриваться не в статическом состоянии, а в движении, к которому, в свою очередь, следует подходить с точки зрения не только прошлого, но и будущего, не с позиций плоской эволюции, сводящей движение лишь к медленным количественным изменениям, а учитывая объективно неизбежную диалектику человеческой истории. Только при этом условии политика марксистской партии будет носить научный характер.

    Политика, являясь порождением экономических интересов определенных классов, не остается пассивным или консервативным фактором. Следуя в общем за развитием производства и отражая его, политика, облеченная в форму государственной власти, приобретает относительную самостоятельность и может выступать в качестве силы, оказывающей различное влияние на экономику.

    Отмечая активную роль политики в общественной жизни, В. И. Ленин говорил о «первенстве» политики над экономикой. Это положение следует понимать не в том смысле, что политика будто является определяющим фактором общественного развития, а исключительно в том, что для строительства социалистического базиса необходима правильная научно обоснованная политическая линия, ибо «без правильного политического подхода к делу данный класс не удержит своего господства, а следовательно, не сможет решить и своей производственной задачи» [77, 279].

    Подчеркивая первенство политики над экономикой, В. И. Ленин в то же время указывал, что в условиях строительства социализма задача управления государством (политика) отличается той особенностью, что на первый план выступают задачи экономического характера, тогда как политические задачи остаются на втором месте. «Самые основы, самая сущность Советской власти, как и самая сущность перехода от капиталистического общества к социалистическому, состоит в том, — писал он, — что политические задачи занимают подчиненное место по отношению к задачам экономическим» [56, 130].

    Эта мысль В. И. Ленина не противоречит, естественно, приведенному выше высказыванию о первенстве политики над экономикой и не принижает роль политики как мощного рычага преобразования экономики.

    Социалистическая революция и установление диктатуры пролетариата есть фактор политический. Именно он создает предпосылку революции в области экономики. В отличие от капиталистического базиса, который стихийно формируется в недрах феодального общества, причем буржуазная революция является последним звеном в становлении капиталистической формации, увенчивающим ее политической надстройкой в виде буржуазного государства, социалистический базис, напротив, начинает формироваться лишь после завоевания рабочим классом политического господства. Этим и объясняется, почему после выполнения важнейших политических задач на первый план у нового государства ставятся хозяйственные задачи, экономика.

    «Коренная задача всякого общества, переходящего к социалистическому устройству, состоит в победе господствующего класса — или, вернее, вырастающего в господствующий класс — пролетариата над буржуазией... И эта задача, — говорил В. И. Ленин, — ставится теперь перед нами в значительной степени по-новому, — совершенно не так, как ставилась она в течение многих и многих десятилетий всемирного опыта борьбы пролетариата с буржуазией. Под победой над буржуазией мы теперь, после завоеваний Октябрьской революции, после успехов в гражданской войне, можем и должны понимать уже нечто гораздо более высокое, хотя по форме более мирное: именно — победа над буржуазией должна быть осуществлена теперь, после того как эта победа политически достигнута и военным образом закреплена, — теперь эта победа должна быть достигнута в области организации народного хозяйства, в области организации производства, в области всенародного учета и контроля» [56, 131].

    В И. Ленин разработал принцип диалектического соотношения политики и экономики в процессе строительства социализма. Он говорил о «политике экономики», а хозяйственное дело определял как «самую для нас интересную политику» [см. 78, 330]. Этот принцип не утратил своего огромного методологического значения и по сей день. Более того, он приобрел особую остроту в последние полтора десятилетия в связи с маоистским извращением данной проблемы.

    Маоисты провозгласили политику «верховной силой», «командной силой», «генералом», отдающим приказы всем подразделениям «великой армии», т.е. государству. Политика («генерал») отдает приказы экономике («солдату») — таким образом они решали вопрос о соотношении политики и экономики. Поэтому всякие попытки требовать учета материальных потребностей населения в процессе строительства социализма клеймились ими как «реакционные взгляды», выдвигаемые и защищаемые якобы ревизионистами, представителями «черной линии».

    Маоисты осудили принцип материальной заинтересованности в развитии социалистической экономики как буржуазный, а справедливые требования рабочих увеличить заработную плату и улучшить условия жизни назвали «контрреволюционным экономизмом». Курс социалистических стран на всемерное развитие производства с целью повышения материального благосостояния трудящихся ведет, по утверждению маоистов, к реставрации капитализма в этих странах. Эти утверждения противоречат учению марксизма-ленинизма. В. И. Ленин всегда положительно относился к подобным требованиям в первой социалистической стране. «Когда со всех сторон мы видим новые требования, мы, — отмечал он, — говорим: это так должно быть, это и есть социализм, когда каждый желает улучшить свое положение, когда все хотят пользоваться благами жизни» [61, 501].

    Ленинской политике развития производства с целью максимального удовлетворения потребностей трудящихся маоисты противопоставили требования терпеть трудности и лишения, консервировать бедность, выдавая ее за фактор революционности. Главной ставкой в своей политике они делали «революционизацию сознания» населения. С этой целью проводились бесконечные массовые идеологические кампании. Даже в вопросе об обеспечении сельскохозяйственных «коммун» техникой, чтобы поднять в них уровень производства, на первый план ставилась революционизация сознания, а не механизация. «Председатель Мао Цзэ-дун учит нас, — писала „Жэньминь жибао”, — что для строительства нашей страны и укрепления коммун революционизация важнее, чем механизация. Руководствуясь этими указаниями председателя Мао Цзэ-дуна, мы должны внедрять в сознание сотен миллионов крестьян идеи Мао Цзэ-дуна, ставить революционизацию в командное положение по отношению к механизации» [цит. по: 176, 46].

    Ставя политику в командное положение по отношению к экономике, маоисты основой самой политики объявляли «идеи» Мао Цзэ-дуна. Субъективизм и волюнтаризм — самая характерная черта маоизма, его теории и практики. Занимая позиции, чуждые марксизму-ленинизму, и ревизуя с этих позиций решения VIII съезда КПК и программные установки московских Совещаний представителей компартий 1957 и 1960 гг., маоисты игнорировали в своем политическом курсе вопрос о необходимости учета главных закономерностей в строительстве социализма. Вместо построения материально-технической базы социализма и создания тем самым материальных условий для преобразования других важнейших сторон жизни ими выдвинут на первый план субъективный фактор.

    Придание субъективному фактору решающей роли в строительстве социализма маоисты пытались представить в качестве «особого вклада», якобы внесенного Мао Цзэ-дуном в марксизм-ленинизм. Поэтому в органах партийной печати, в учебниках широко пропагандировался тезис Мао: «Прежде чем преобразовать объективный мир, нужно преобразовать субъективный мир».

    Преобразование «субъективного мира» трудящихся Китая по-маоистски представляет собой превращение «идей» Мао Цзэ-дуна в единую партийную и государственную идеологию, с тем чтобы добиться беспрекословного послушания масс, их готовности бездумно следовать за «великим кормчим».

    Естественно, можно навязать фанатичным массам какую-то идею или вызвать взрыв фанатизма такой идеей, превратив тем самым ее в материальную силу. Но такая сила, как правило, всегда направляется в русло разрушения материальных ценностей и истребления инакомыслящих. Религиозный фанатизм, сопровождавшийся вандализмом в средние века, фашизм, анархизм, разгул маоистской хунвэйбиновщины в годы «культурной революции» — разительные тому примеры истории.

    Марксизм-ленинизм, уделяя этой проблеме огромное внимание, имел в виду идеи (теорию), которые в руках масс, овладевших ими, превращаются в материальную творческую силу, с помощью которой можно действительно преобразовать мир к лучшему, способствовать социальному прогрессу.

    Разрушать старое и творить новое, подниматься на высшие ступени общественного развития, согласно К. Марксу, можно только при помощи таких идей, такой теории, которая отвечает исторической необходимости, выражает объективные закономерности развития мира, причем разрушение старого и творчество нового осуществляется не самими идеями, теорией, а материальной силой.

    В связи с этим К. Маркс сформулировал следующее положение: «Оружие критики не может, конечно, заменить критики оружием, материальная сила должна быть опрокинута материальной же силой; но и теория становится материальной силой, как только она овладевает массами» [1, 422].

    Лишь та теория может овладеть массами и стать материальной силой, говорил он, которая исходит из интересов масс и является отражением и воплощением их «непосредственно практических потребностей» [см. там же, 423]. В. И. Ленин в своей статье «Удержат ли большевики государственную власть?», опубликованной накануне Октябрьской революции, писал: «Идеи становятся силой, когда они овладевают массами. И именно теперь большевики, т.е. представители революционно-пролетарского интернационализма, своей политикой воплотили ту идею, которая двигает во всем мире необъятными трудящимися массами.

    Одна справедливость, одно чувство возмущенных эксплуатацией масс никогда не вывело бы их на верный путь к социализму. Но когда вырос, благодаря капитализму, материальный аппарат крупных банков, синдикатов, железных дорог и т.п.; когда богатейший опыт передовых стран скопил запасы чудес техники, применение коих тормозит капитализм; когда сознательные рабочие сплотили партию в четверть миллиона, чтобы планомерно взять в руки этот аппарат и пустить его в ход, при поддержке всех трудящихся и эксплуатируемых, — когда есть налицо эти условия, тогда не найдется той силы на земле, которая помешала бы большевикам, если они не дадут себя запугать и сумеют взять власть, удержать ее до победы всемирной социалистической революции» [53, 332-333].

    Игнорирование Мао Цзэ-дуном и его сторонниками объективных законов общественного и экономического развития, субъективизм и волюнтаризм в политике привели к серьезной деформации социалистического базиса, к искусственному обострению классовых отношений в стране, к нарушению принципов партийного руководства.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 61      Главы: <   21.  22.  23.  24.  25.  26.  27.  28.  29.  30.  31. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.