МАОИЗМ И МАРКСИЗМ-ЛЕНИНИЗМ - Идейно-политическая сущность маоизма - Воеводин С.А. и др. - Анархизм и социализм - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


Политические войны
Политика в разных странах
Основы политической теории
Демократия
Революция
Анархизм и социализм
Геополитика и хронополитика
Архивы
Сочинения

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 61      Главы: <   12.  13.  14.  15.  16.  17.  18.  19.  20.  21.  22. > 

    МАОИЗМ И МАРКСИЗМ-ЛЕНИНИЗМ

    В идейной и политической борьбе, которую ведет мировое коммунистическое и рабочее движение против маоизма, важнейшее значение имеет правильное понимание действительного отношения последнего к марксизму-ленинизму. В связи с этим необходимо объяснить, какова роль марксизма-ленинизма в зарождении и становлении взглядов Мао Цзэ-дуна, как последний в действительности относился к марксизму-ленинизму, насколько он им овладел и что из него заимствовал, сделал ли он «вклад» в марксизм-ленинизм и развил ли его дальше, как утверждает китайская пропаганда, и, наконец, почему маоисты прикрываются словами о верности марксизму-ленинизму и пытаются выдать себя за его самых преданных сторонников и защитников.

    Такое объяснение необходимо потому, что при знакомстве с работами Мао Цзэ-дуна, изданными после 1949 г., может сложиться впечатление, что их автор действительно основывался на теории марксизма-ленинизма, поскольку в них не только используется марксистско-ленинская терминология, но и встречаются отдельные правильные положения.

    Здесь следует сразу же сказать, что марксистско-ленинские формулировки в работах Мао Цзэ-дуна, написанных до 1950 г., как уже было отмечено выше, в значительной части появились в результате редактирования этих работ при подготовке к печати его избранных произведений в 1950-1951 гг. Что же касается марксистско-ленинских категорий и понятий, встречающихся в сочинениях маоистов, то об этом будет сказано ниже.

    Для того чтобы понять, как относился Мао Цзэ-дун к марксизму-ленинизму и имел ли он возможность познакомиться с ним, коротко рассмотрим историю проникновения идей марксизма-ленинизма в Китай.

    Впервые на китайском языке имя К. Маркса было упомянуто в 1902 г. буржуазным реформатором Лян Ци-чао в статье об эволюционном учении Б. Кидда. В 1903 г. Лян Ци-чао опубликовал статью («Китайский социализм», в которой пытался доказать, что в Китае уже в глубокой древности были выдвинуты идеи, близкие к отдельным положениям учения К. Маркса, и в частности идея о национализации земли, воплощенная в так называемой колодезной системе, якобы основанной на тех же принципах, что и современный социализм.

    Знакомить Китай с марксизмом продолжали китайские революционные демократы — члены лиги «Тунмэнхуй». В журнале «Миньбао» Чжу Чжи-синь опубликовал статью «Краткие биографии немецких социал-революционеров», в которой содержались биографические справки о К. Марксе, Ф. Энгельсе и Ф. Лассале, а также основные положения «Манифеста Коммунистической партии» [310а ].

    В 1906 г. анархист Лю Ши-пэй (Лю Гуань-хань) через журнал «Тянь и бао» познакомил читателей с «Манифестом Коммунистической партии» К. Маркса и Ф. Энгельса (в №5 журнала был опубликован перевод предисловия Ф. Энгельса к «Манифесту», в №16-19 — перевод гл. 1 «Манифеста», причем в примечании к переводу было обращено особое внимание на понятия «капитал» и «классовая борьба»; в этих же номерах журнала был опубликован перевод отрывков из гл. 2 работы Ф. Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства»). В 1912 г. журнал «Синь шицзи» напечатал работу Ф. Энгельса «Развитие социализма от утопии к науке».

    После 1917 г. марксизм-ленинизм начал проникать в Китай и приобретать популярность среди китайской революционно-демократической интеллигенции, причем этот процесс был обусловлен не только победой в России Октябрьской социалистической революции, но и все большей утратой иллюзий, которые были связаны у китайской революционно-демократической интеллигенции с западной буржуазной и мелкобуржуазной общественно-политической мыслью. Прогрессивные китайские журналы конца 10-х — начала 20-х годов развертывают пропаганду марксизма-ленинизма, в Китае возникают первые общества и кружки, в которых изучаются труды К. Маркса, Ф. Энгельса, В. И. Ленина, а также К. Каутского и др. Первой организацией, приступившей в Китае к изучению и пропаганде марксизма-ленинизма, было Общество изучения марксизма, созданное в 1918 г. в Пекинском университете по инициативе Ли Да-чжао. В занятиях общества участвовали ученики Ли Да-чжао студенты Цюй Цю-бо, Дэн Чжун-ся, Чжан Го-тао, Ло Чжан-лун, Хэ Мэн-сюнь, Лю Жэнь-цин и сотрудник библиотеки университета Мао Цзэ-дун.

    О возраставшем в то время интересе китайской интеллигенции к марксизму-ленинизму свидетельствовало появление в китайской печати статей о марксизме, а также переводов работ основоположников марксизма-ленинизма. В мае 1919 г. был опубликован специальный номер журнала «Синь Циннянь», посвященный марксизму. В этом же году на китайском языке появилась статья В. И. Ленина «Политические партии в России и задачи пролетариата».

    Через год в Китае были изданы работы В. И. Ленина «Экономика и политика в эпоху диктатуры пролетариата», «Доклад о партийной программе» и др. Полный перевод «Манифеста Коммунистической партии» К. Маркса и Ф. Энгельса появился на китайском языке в апреле 1920 г. В следующем году на китайский язык было переведено предисловие к работе К. Маркса «К критике политической экономии», часть III труда Ф. Энгельса «Анти-Дюринг», а также книги К. Каутского «Экономическое учение Карла Маркса» и «Классовая борьба». В этом же году на китайский язык был впервые переведен труд В. И. Ленина «Государство и революция».

    Все это способствовало тому, что наиболее передовая часть китайской революционной демократии начала переходить на позиции марксизма-ленинизма и втягиваться в зарождавшееся в Китае коммунистическое движение.

    В 1918-1920 гг. активными пропагандистами идей марксизма-ленинизма в Китае становятся Ли Да-чжао, Чэнь Ду-сю и другие представители революционной китайской интеллигенции, которая начинает проявлять все больший интерес к проблемам социализма. В 1921 г. возникает Коммунистическая партия Китая.

    При рассмотрении процесса проникновения в Китай марксизма-ленинизма важно иметь в виду появление там не только переводов на китайский язык работ классиков марксизма-ленинизма, но и оригинальных китайских трудов, посвященных марксистско-ленинской теории. Особенно велика была заслуга в этом отношении Ли Да-чжао, который в начале 20-х годов обстоятельно познакомил Китай с основами марксистско-ленинской теории. Уже в 1919 г. он выступил с изложением основ марксизма — исторического материализма, учения о классовой борьбе, политической экономии, опубликовав в журнале «Синь Циннянь» статью «Мой марксизм». В 1920 г. Ли Да-чжао напечатал работу «Философия истории Маркса», в которой коротко изложил основы исторического материализма. В этом же году в статье «Экономическое объяснение причин изменений в идеологии современного Китая» он попытался дать марксистское, материалистическое толкование причин, вызвавших изменение в идеологии Китая в XX в., а также опубликовал работу «Значение исторического материализма для современной исторической науки». Затем им были написаны и опубликованы статьи: «Экономическое учение Маркса» (1922), «Маркс и Первый Интернационал» (1922), «Демократия и власть рабочих» (1922) (в этой статье был поставлен вопрос о необходимости диктатуры пролетариата в период революционных преобразований), «Организация экономики при социализме» (1923), «Взгляд Маркса на китайскую национальную революцию» (1926) и ряд других работ.

    Эти труды Ли Да-чжао в совокупности давали сравнительно полное представление об основах марксистско-ленинского учения. Однако они, видимо, не произвели впечатления на Мао Цзэ-дуна, который, кстати, не называл Ли Да-чжао в числе мыслителей, оказавших на него воздействие, в то время как Кан Ю-вэй, Лян Ци-чао, Ху Ши и Чэнь Ду-сю упоминались им в качестве тех, кому он поклонялся.

    Мао Цзэ-дун начал знакомиться с идеями марксизма в период своего увлечения анархизмом. В те годы он прочитал «Манифест Коммунистической партии» К. Маркса и Ф. Энгельса и «Классовую борьбу» К. Каутского. Большое впечатление произвела на него и работа Т. Киркапа «История социализма», в . которой марксизм подвергался критике и фальсификации. С этого времени он начал считать себя марксистом.

    Слабое знание Мао Цзэ-дуном марксизма-ленинизма объясняется не тем, что в Китае трудно было познакомиться с этим учением, а, скорее всего, просто незначительным интересом его к марксистско-ленинской теории, как таковой, его прагматическим подходом к ней. Выходец из мелкобуржуазной среды, сын кулака, спекулировавшего зерном, выросший и сформировавшийся в деревне, не знавший рабочего класса и никогда не сближавшийся с ним, Мао Цзэ-дун был чужд пролетарской революционности и идеям научного социализма. Ему по душе больше были анархическое бунтарство, разбой, разрушение, авантюризм и бонапартизм, сочетавшиеся с мечтами стать великим завоевателем вроде Чингисхана или Наполеона. Такие ориентации и установки, разумеется, не могли вызывать интереса к марксизму-ленинизму.

    Отношение Мао Цзэ-дуна к марксизму-ленинизму, как это явствует из его же высказываний и как это уже было показано, в значительной мере предопределялось и свойственным ему конфуцианским этноцентризмом, чванливым, пренебрежительным взглядом на все некитайское, иностранное. Поскольку марксизм-ленинизм — теория некитайская, она для Мао Цзэ-дуна не могла иметь основополагающего характера, ее в лучшем случае можно использовать лишь частично, и относиться к ней надо, как ко всему иностранному, беря из нее только то, что якобы соответствует «специфике» Китая. Поэтому с самого начала марксизм толковался Мао Цзэ-дуном лишь как соединение «всеобщей истины марксизма-ленинизма с практикой китайской революции». Это значит, что марксизм-ленинизм брался не весь целиком, как единое учение и мировоззрение, а только частично в виде одной «всеобщей истины» (хотя маоисты никогда не говорили, что представляет собой эта «всеобщая истина» марксизма-ленинизма). Судя по всему, под «всеобщей истиной» марксизма-ленинизма они имели в виду лишь учение о классовой борьбе, т.е. один из элементов «всеобщей истины» в марксизме-ленинизме. Это, между прочим, свидетельствует о том, что Мао Цзэ-дун, подобно ранним китайским анархистам, заимствовал из марксизма-ленинизма лишь то, что отвечало его мелкобуржуазным представлениям об обществе и революции, — идею борьбы классов и революционного ниспровержения старого общественного строя, отбрасывая самое главное в марксизме-ленинизме — учение об исторической миссии пролетариата и его диктатуре.

    Таким образом, на отношение Мао Цзэ-дуна и его сторонников к марксизму-ленинизму оказали воздействие как социальные факторы, так и идеологические — давление конфуцианского этноцентризма и мелкобуржуазного революционаризма. Надо полагать, что немаловажную роль в неприятии Мао Цзэ-дуном марксизма-ленинизма сыграл и свойственный ему изначально национализм. Марксизм-ленинизм — учение интернациональное, он чужд национальной ограниченности и сектантству, его пронизывает дух пролетарской солидарности. Вот почему это учение остается непонятным и недоступным тем, кто заражен национализмом и тем более великодержавным шовинизмом.

    Названные выше факторы помешали перейти на позиции марксизма-ленинизма и многим другим китайским революционным демократам.

    Небезынтересно отметить, что представители позднего китайского национализма (Ху Хань-минь, Дай Цзи-тао и др.) примерно в одно время с Мао Цзэ-дуном начали заниматься изучением социализма и марксизма в Китае. Дай Цзи-тао, например, был участником первого коммунистического кружка, организованного в Шанхае в 1920 г. Годом раньше он опубликовал перевод части работы К. Каутского «Экономическое учение Маркса». Этот перевод был завершен Ху Хань-минем в 1927 г.

    Хотя в 20-е годы Мао Цзэ-дун пытался познакомиться с марксизмом, однако он не проявил к нему значительного интереса. В эти годы он лишь заимствовал некоторую марксистскую терминологию и фразеологию, но в действительности никогда не был сторонником идей марксизма-ленинизма, что и привело его в конце 30-х — начале 40-х годов к ревизии марксизма-ленинизма и взглядов КПК, нашедшей воплощение в так называемом китаизированном, или азиатском, марксизме. Принципиальное отличие «китаизированного марксизма» Мао Цзэ-дуна от марксизма-ленинизма состояло в том, что руководящей силой китайской революции он считал не пролетариат, а крестьянство, отрицал необходимость диктатуры пролетариата для Китая, перерастания китайской буржуазно-демократической революции в социалистическую и т.д.

    Изучение Мао Цзэ-дуном идей марксизма-ленинизма было несистематичным и поверхностным, он нередко знакомился с ними по брошюрам и учебным пособиям, написанным популяризаторами, а порой и вульгаризаторами марксизма-ленинизма. «Я немного изучил марксизм по книгам и сделал первые шаги в идеологическом самоперевоспитании, — писал Мао Цзэ-дун, — однако перевоспитание все же главным образом происходило в ходе длительной классовой борьбы» [147, 26]. Даже в 1959 г. Мао Цзэ-дун был вынужден признать, что он «не изучил как следует все разделы марксизма» [218].

    Китайские коммунисты неоднократно критиковали Мао Цзэ-дуна за взгляды и действия, чуждые марксизму-ленинизму, — анархизм, бонапартизм, волюнтаризм, шовинизм и др. Эта критика началась еще в середине 20-х годов, когда Мао Цзэ-дун делал лишь свои первые шаги в коммунистическом движении.

    На совещании ЦК КПК в Нинду в 1932 г. Мао Цзэ-дун был также подвергнут критике за узкий эгалитаризм, прагматизм и непонимание марксизма [см. 183, 116]. За это же в 20-30-х годах его критиковали такие выдающиеся деятели КПК, как Цюй Цю-бо, Ван Мин, Бо Гу и др.

    В 50-60-х годах взгляды и практическая линия Мао Цзэ-дуна подвергались сомнению и критике со стороны Лю Шао-ци, Пэн Дэ-хуая, Чжан Вэнь-тяня, Ян Шань-куня, Чэнь Юня, Хэ Луня, Тань Чжэнь-линя, Ян Сянь-чжэня, Дэн То, У Ханя, Ляо Мо-ша и многих других крупных работников КПК. В начале 70-х годов в рядах критиков Мао Цзэ-дуна оказался даже «самый преданный его соратник», в свое время объявленный его наследником Линь Бяо.

    Марксисты-ленинцы в КПК никогда не считали «идеи» Мао Цзэ-дуна марксизмом-ленинизмом. Об этом говорит то, что, убрав из Устава КПК на VIII съезде партии в 1956 г. включенную на VII съезде формулировку: «Коммунистическая партия Китая во всей своей работе руководствуется идеями Мао Цзэ-дуна», они записали в Уставе, что КПК «в своей деятельности руководствуется марксизмом-ленинизмом», и сочли необходимым специально подчеркнуть: «Только марксизм-ленинизм правильно объясняет закономерности развития общества, правильно указывает пути построения социализма и коммунизма». Таким образом обращалось внимание на отличие «идей» Мао Цзэ-дуна от марксизма-ленинизма.

    Анализ маоистских работ, а самое главное, сопоставление теоретических установок маоистов с их практикой позволяет сделать вывод, что в маоизме имеется лишь внешняя словесная оболочка марксистских идей, содержание же их выхолощено, ревизовано и подменено национализмом.

    Маоизм и в наши дни продолжает пользоваться марксистско-ленинской терминологией, однако смысл, вкладываемый им в те или иные понятия, не имеет ничего общего с марксизмом-ленинизмом. Лучше всего убедиться в этом можно, сопоставляя словесные декларации маоистов об интернационализме, диктатуре пролетариата, социализме и т.д. с их практической деятельностью внутри Китая и на международной арене. Такое сопоставление сразу же показывает, что вместо интернационалистической маоисты проводят великодержавно-шовинистическую политику, вместо диктатуры пролетариата осуществляют военно-бюрократическую диктатуру, вместо социализма насаждают казарменную уравниловку и подготовку к войне. Действительно, в материалах IX и X съездов КПК неоднократно встречаются упоминания об интернационализме, диктатуре пролетариата, социализме и т.д., однако ничего общего с марксизмом-ленинизмом эти слова у маоистов не имеют.

    Какой смысл, например, вкладывается маоистами в понятие «интернационализм»? Еще в 40-е годы маоисты, находившиеся в Особом районе Китая, понимали под интернационализмом лишь помощь этому Особому району.

    И в настоящее время маоисты считают интернационализмом не международную солидарность трудящихся в их борьбе за социальное и национальное освобождение, а лишь то, что служит интересам Китая. Так, солидарность с народами Бангладеш и Анголы в их борьбе за национальную независимость не только не рассматривалась в Пекине как интернационализм, а, наоборот, квалифицировалась как «империалистическое вмешательство», поскольку она не отвечала националистическим интересам маоистов в Индостане и в Африке.

    Отношение маоистов к марксизму-ленинизму имеет чисто прагматический, утилитарный характер. Им нужен не марксизм-ленинизм, как таковой, а его огромный авторитет, то влияние, которое он оказывает на народные массы в самом Китае и из международной арене. Недаром Мао Цзэ-дун как-то оказал, что марксизм-ленинизм — это стрела, с помощью которой попадают в цель, т.е. средство для достижения поставленной цели. «Стрелу марксизма-ленинизма мы должны пускать, имея перед собой такую цель, как китайская революция, -утверждал Мао Цзэ-дун. — Если мы не уясним себе этого, теоретический уровень нашей партии никогда не повысится» [146, т. 4, 72-73].

    Уже с начала 40-х годов маоизм фактически начинает противопоставлять себя марксизму-ленинизму в качестве «китаизированного марксизма» — «азиатского марксизма» или «китайского коммунизма», — давая понять, что марксизм-ленинизм неприемлем для Китая. На деле же придание маоизмом марксизму-ленинизму национальной формы представляло собой ревизию его основных положений. «Китай — это великая держава, и КПК должна быть великой партией, которая должна иметь китайскую коммунистическую теорию... — писала газета „Цзефан жибао” 8 июля 1942 г., — за 22 года существования КПК родился китайский коммунизм, а именно идеи Мао Цзэ-дуна».

    Маоисты уже в начале 40-х годов стали не только подменять марксизм-ленинизм «идеями» Мао Цзэ-дуна («Ключ к овладению марксизмом, — утверждала „Цзефан жибао” 21 января 1942 г., — лежит прежде всего в изучении работ Мао Цзэ-дуна»), но и под видом кампании «за исправление стиля работы» развернули в КПК в первой половине 40-х годов жестокую борьбу против сторонников марксизма-ленинизма, которую можно считать первой репетицией «культурной революции» в КПК.

    В Китае маоизм объявили «живым, творческим марксизмом-ленинизмом» (перечеркивая, таким образом, марксизм-ленинизм, как якобы омертвевший, нетворческий), а в конце 60-х годов заявили о том, что маоизм есть высшее развитие марксизма-ленинизма в нашу эпоху, что опять-таки означало отрицание «старого марксизма-ленинизма», как будто бы менее развитого и совершенного.

    Поскольку маоистам, несмотря на все их маневры и пропагандистские ухищрения, не удалось даже в Китае заставить партийные кадры поверить в то, что «идеи» Мао Цзэ-дуна есть высшее развитие марксизма-ленинизма в нашу эпоху, они вынуждены были в последнее время снова вернуться к прежней формуле, заключающейся в том, что маоизм представляет собой всего лишь «китаизированный марксизм».

    Тем не менее маоистская пропаганда продолжала заявлять о «вкладе», сделанном Мао Цзэ-дуном в марксизм-ленинизм. Этот вклад она видела прежде всего в том, что Мао Цзэ-дун якобы создал «теорию продолжения революции при диктатуре пролетариата». Как уже было показано, эта «теория» не является открытием Мао Цзэ-дуна. Он ее попросту заимствовал у современного троцкизма. Никакого отношения эта теория к марксизму-ленинизму не имеет и поэтому, естественно, не может быть «вкладом» в него. Примерно так же обстоит дело и с другими «теориями» Мао Цзэ-дуна, выдаваемыми китайской пропагандой за «развитие» марксизма-ленинизма 3.

    Все то, что преподносится маоистами как «вклад» Мао Цзэ-дуна в теорию марксизма-ленинизма, начиная от его концепции «новой демократии» и кончая «идеей» «перманентной революции», фактически представляет собой ревизию и фальсификацию марксизма-ленинизма.

    Было бы, однако, упрощением объяснять оппортунизм и ревизионизм во взглядах и политической практике маоистских руководителей только тем, что они плохо знали марксизм-ленинизм и неправильно трактовали его основные категории и положения. Они прекрасно отдавали себе отчет в том, что их взгляды и действия коренным образом противоположны марксизму-ленинизму, т.е. они не заблуждающиеся марксисты (как это иногда утверждают те, кто мало знаком с маоизмом), а мелкобуржуазные националисты, сознательно прикрывающиеся марксизмом-ленинизмом с целью использования в своих политических интересах его авторитета.

    Действительно, могли ли Мао Цзэ-дун и его единомышленники добиться руководящего положения в КПК и удержаться у власти, если бы они не прикрывались марксизмом-ленинизмом? И могли ли они вести борьбу за лидерство в мировом коммунистическом и национально-освободительном движении, если бы сняли с себя маску марксистов-ленинцев? Разумеется, не могли.

    Для понимания действительного отношения маоистов к марксизму-ленинизму следует внести ясность в вопрос, почему они, будучи в действительности врагами марксизма-ленинизма, говорили о необходимости изучать труды классиков марксизма-ленинизма и публиковали их.

    Выше уже было показано, что труды классиков марксизма-ленинизма рассматривались маоистами в Китае лишь как подсобный материал для понимания «идей» Мао Цзэ-дуна и толковались с их «помощью». О том, каково отношение маоистов к этим трудам в действительности, говорит высказывание Линь Бяо, сделанное им во время «культурной революции»: «Изучать марксизм-ленинизм надо, изучая, однако, на 99% труды товарища Мао Цзэ-дуна и на 1% труды других классиков марксизма-ленинизма». Это значит, что труды классиков марксизма-ленинизма использовались лишь для попытки подтвердить те или иные маоистские теории и установки. Например, «Манифест Коммунистической партии», «Критика Готской программы» и другие работы в современном Китае трактуются в духе «обоснования» правильности маоистско-троцкистской теории продолжения революции при диктатуре пролетариата, работа Ленина «Империализм, как высшая стадия капитализма» — для утверждения маоистской установки, принятой на X съезде КПК, что наша эпоха есть «эпоха империализма и пролетарских революций» и т.д.

    Спекуляция на марксизме-ленинизме была нужна маоистам не только для того, чтобы укрепить их влияние внутри Китая и в мировом революционном движении. Она им нужна и для того, чтобы поднять значение маоизма в глазах определенных империалистических, антикоммунистических кругов, на помощь которых маоисты рассчитывали. Действительно, маоизм представляет ценность и интерес для этих кругов главным образом потому, что выступает в марксистско-ленинском обличье и причисляет себя к мировому коммунистическому и рабочему движению, т.е. может играть роль троянского коня в этом движении. Именно поэтому идеологи империализма и антикоммунизма не жалеют усилий для того, чтобы изображать маоизм в качестве современного марксизма-ленинизма, а самого Мао Цзэ-дуна — защитником марксизма-ленинизма и борцом против ревизионизма. Не уступают им в этом различные оппортунисты и перерожденцы вроде Р. Гароди или промаоистски настроенные представители леворадикальных направлений, также тщетно пытающиеся доказать связь маоизма с марксизмом-ленинизмом.

    В. И. Ленин указывал на то, что враги марксизма-ленинизма нередко бывают вынуждены прикидываться его друзьями. Маоизм представляет собой классический образец такого явления. Мировое коммунистическое и рабочее движение многократно сталкивалось с попытками протащить под видом марксизма-ленинизма чуждые ему взгляды. В 30-е годы этим особенно активно занимались троцкисты. Однако маоизм превзошел в данном отношении всех прежних ревизионистов и оппортунистов, дойдя до претензий на то, что он представляет собой высшую стадию развития марксизма-ленинизма, и требуя на этом основании его признания международным революционным движением.

    «Теперь уже можно сказать, что маоистская идеология и политика несовместимы с марксистско-ленинским учением, — говорил на XXV съезде КПСС Л. И. Брежнев. — Они прямо враждебны ему» [93а ]. Рассмотрение идейных истоков маоизма подтверждает правильность этих слов и приводит к выводу, что маоизм формировался под наиболее сильным воздействием конфуцианско-легистской идеологии, реакционного национализма китайской буржуазии и троцкизма, чуждых и враждебных марксизму-ленинизму взглядов.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 61      Главы: <   12.  13.  14.  15.  16.  17.  18.  19.  20.  21.  22. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.