<b>2. Биография</b> - Информационная бомба. Стратегия обмана - Поль Вирилио - Основы политической теории - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


Политические войны
Политика в разных странах
Основы политической теории
Демократия
Революция
Анархизм и социализм
Геополитика и хронополитика
Архивы
Сочинения

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 22      Главы:  1.  2.  3.  4.  5.  6.  7.  8.  9.  10.  11. > 

    II

         Тотальное или глобальное?  Как не задуматься над тем, что скрывается за

    постоянно упоминаемой "глобализацией" (mondialisation)? Предназначено ли это

    понятие   для    того,   чтобы   обновить   сильно    отдающий   коммунизмом

    "интернационализм" или  оно  относится,  как  обычно  думают,  к капитализму

    единого рынка?

         Как  первое, так и второе  предположение далеки от истины. После "конца

    Истории",   преждевременно   провозглашенного  Фрэнсисом  Фукуямой1,  прошло

    несколько лет, положивших начало "исчезновению пространства" одной маленькой

    планеты,   подвешенной    в    электронном   эфире    современных    средств

    телекоммуникации.  Однако  не  стоит  забывать,  что законченность  является

    пределом (Аристотель) и полным завершением, окончательным заключением.

         Время  конечного мира подошло  к концу,  и, не  будучи астрономами  или

    геофизиками, мы ничего не сможем понять во внезапной "глобализации Истории",

    если не вернемся к физике и повседневной действительности.

         Предполагать, как это сейчас часто случается,

         что понятие  "глобализм" говорит о победе частного  предпринимательства

    над  тоталитарным коллективизмом  -- означает  не осознавать утрату ощущения

    промежутков   времени   и    непрерывность    feed-back'a1.   теленаблюдения

    индустриальной или, вернее, постиндустриальной деятельности.

         С    точки    зрения    геостратегий,    информационная   трансформация

    непредставима.  Нужно  как  можно  скорее  отказаться  от  идеологии,  чтобы

    полностью охватить это явление. И для того, чтобы возвратиться к Земле, не к

    старой доброй земле-кормилице, но к единственному населенному нами небесному

    телу... Возвратиться  к  миру, к трем  его измерениям и  увидеть  скорое  их

    растворение в потоке ускорения --  уже не ускорения Истории (как и локальное

    время, потерявшей  конкретные основания), но ускорения самой реальности, где

    мировое   время  обретает   новый  смысл.  Географические   пространства   и

    расстояния, которые  еще вчера обуславливали  политику отдельных  наций и их

    коалиций  и  чье  значение   ясно   показала  "холодная   война"   в   эпоху

    противостояния  блоков  Восток/Запад,  исчезают  и  обесцениваются  в   мире

    ускорения и мгновенных взаимодействий.

         Со  времен  старого   доброго  Аристотеля   "физика"   и   "метафизика"

    представляются ясными и понятными философскими  терминами, но что  сказать о

    "геофизике"  и  "метагеофизике"?  Некоторые  сомневаются в  целесообразности

    последнего понятия,  хотя  ход  самих  вещей показывает нам,  что континенты

    утрачивают  географические  очертания  и  дают   проявиться  теле-континенту

    всемирной практически мгновенной коммуникации...

         Метагеофизика    в    трансполитике,   представленная    информационной

    интерактивностью  современного  мира конца  нашего века, приходит  на  смену

    геофизике, имевшей  важное значение  в политике обществ,  разделенных скорее

    задержками сообщения и расстояниями, чем национальными границами.

         Так как всякое присутствие является таковым

         лишь   на  расстоянии,  телеприсутствие   эпохи   глобализации  обменов

    устанавливается лишь  на наибольшем отдалении. Отдаление отныне простирается

    до  противоположного полюса  планеты,  от  края  до  края  метагеофизической

    действительности,  сводящей воедино  телеконтиненты  виртуальной реальности,

    монополизирующей   основные   виды  экономической   деятельности   наций   и

    разрушающей культуры, зависящие от физического положения на земном шаре.

         Нам   не  посчастливилось  наблюдать   "конец  Истории",  но   зато  мы

    присутствуем   при  исчезновении  географии.  Если  вплоть  до  транспортной

    революции  последнего  столетия  временные  расстояния  порождали  удаление,

    благоприятное   для  развития  обществ,  то  телекоммуникационная  революция

    создает непрекращающийся feed-back человеческой  деятельности, скрывающий  в

    себе угрозу случайного срыва  всеобщей интерактивности, пример которого дает

    биржевой кризис.

         В этом отношении весьма показателен один случай: некоторое время назад,

    а вернее, в  начале  девяностых  годов  Пентагон  заявил,  что  геостратегии

    выворачивают мир как перчатку\

         Для  американских  военных  чиновников   глобальное  оказалось   внутри

    конечного    мира,    замкнутость    которого    порождает    многочисленные

    материально-технические проблемы. А  локальное  стало  внешним,  периферией,

    если не сказать, разросшейся окраиной мира!

         Таким образом, для генерального штаба армии Соединенных Штатов зернышки

    яблок находятся уже не внутри,  а  вне яблок,  как и дольки  апельсинов  вне

    самого апельсина: кожура вывернулась  наизнанку.  Внешнее --  это не  только

    кожа,  поверхность  земли,  это  также  все  in  situ,  все  локализованное,

    находящееся именно там или именно здесь.

         Так  произошло  глобалитарное   изменение,   выведшее  на   поверхность

    небольшие поселения и локальное расположение  в пространстве как  таковое, в

    результате которого изгнанию подлежат не16

         только  отдельные  люди  или  народы,  как  прежде,  а  их  жизненное и

    экономическое пространство.  Отсутствие усредненности деформирует не  только

    "национальную", но и  "социальную" идентичность  и сказывается не столько на

    государстве-нации, сколько на геополитике и жизни города.

         "Впервые сложилось  так, -- заявил президент  Клинтон, -- что больше не

    существует  различия между  внутренней  и внешней политикой". Разумеется, за

    исключением  топологии, вывернутой наизнанку  Пентагоном и  Госдепартементом

    США, нет отчетливо разделенных "вовне" и "внутри"!

         Эта    историческая    фраза    американского    президента   возвещает

    метаполитическое измерение власти,  ставшей всемирной, и возникновение такой

    внутренней политики, с которой обращаются как с внешней политикой прошлого.

         На  месте  реального города, занимавшего определенное  пространственное

    положение  и  отдавшего  все,  вплоть  до   имени,  национальной   политике,

    появляется город виртуальный, метаполис, лишенный своей территории и готовый

    стать   юрисдикцией   откровенно   тоталитарной   или   даже   глобалитарной

    метрополитики.

         Мы,  без сомнения, забыли, что по мере накопления богатств возникает  и

    растет  ускорение, без которого  попросту невозможна централизация сменяющих

    друг друга  режимов. При феодализме  и монархии, а позднее  и в национальном

    государстве  увеличение  скорости  транспортных  средств  и  развитие  связи

    упрощало управление разбросанным по территории населением.

         Сегодня,  благодаря  политике  глобализации  товарообмена  полис  вновь

    обретает  большое  значение.  Являясь  одной  из  основных форм  организации

    человеческого сообщества, метрополия  сосредотачивает в себе  жизненную силу

    наций земного шара.

         Однако  сейчас локальный  полис --  это  всего лишь  квартал,  один  из

    округов  невидимого мирового метаполиса, центр которого везде,  а окружность

    -- нигде (Паскаль).

         Существование виртуального гиперцентра, реальные города которого --  не

    более  чем  периферия,  ведет  к  запустению  сельской  местности  и  упадку

    небольших городов, неспособных  долго  противостоять притяжению  метрополий,

    располагающих всем возможным  телекоммуникационным оборудованием и наземными

    и воздушными скоростными средствами сообщения. Метрополитика, проводимая для

    катастрофически большого  количества  людей,  сконцентрировавшихся  в  одном

    месте,  постепенно  вытесняет  настоящую  геополитику,  предназначенную  для

    населения, некогда гармонично распределенного по своей территории.

         Чтобы  показать, как  бытовые коммуникации изменяют городскую политику,

    приведем небольшой эпизод: резкое  увеличение количества мобильных телефонов

    поставило  полицию Лос-Анджелеса перед  новой проблемой. Вплоть до недавнего

    времени весь оборот запрещенных веществ происходил в нескольких кварталах, с

    легкостью  контролируемых   командами  по  борьбе  с   наркотиками.   Однако

    полицейские  оказались  беспомощны перед произвольно назначаемыми  встречами

    пользующихся портативными телефонами дилеров  и покупателей, появляющихся то

    здесь, то там,  неизвестно где,  всегда  где-то  в другом месте... Мобильный

    телефон представляется одним из технических изобретений, способствующих  как

    присущей метрополии концентрации, так и  разбросу основных социально опасных

    явлений.  Что,   вероятно,  учтут  в  скором  будущем  с  помощью   введения

    информационного контроля  домашних сетей;  почему так  быстро  и развивается

    Интернет, недавно окультуренная военная сеть...

         Временные  интервалы   исчезают,   но  образ  пространства  все   более

    раздувается: "Похоже, что планета взорвалась.  Самый  укромный уголок вырван

    из тьмы  резким светом",  -- писал  Эрнст  Юнгер  об озаряющем реальный  мир

    освещении.  Появление трансляции  в реальном  времени,  "прямого включения",

    связанного с использова-

         нием  предельной  скорости электромагнитных  волн,  преобразует  старое

    "телевидение" в полномасштабное планетарное видение.

         Появление  CNN  и  его аватар  означает то,  что  привычное телевидение

    уступает место теленаблюдению.

         Внезапно  развившееся высматривание, результат использования  медийного

    контроля в  целях  безопасности  наций,  возвещает  начало  необычного  дня,

    лишенного  чередования  дня  и ночи,  --  разделения, которое  до  недавнего

    времени структурировало историю.

         В   течение  ложного  дня,  созданного  иллюминацией  телекоммуникаций,

    поднимается  искусственное  солнце  дополнительного  освещения,  возвещающее

    новое  мировое  время, когда одновременность действий становится важнее, чем

    их последовательность.

         Понятие  территориального "соседства" [сопtigui'te)  наций устаревает и

    ему на смену  приходит неразделимость (continuite] видимого  и  слышимого, а

    политические границы реального геополитического пространства преобразуются в

    хроно-политические деления  реального времени передачи образа и звука. Можно

    различить   два    взаимодополняющих   аспекта    глобализации:   во-первых,

    максимальное сокращение расстояний в результате сжатия времени перемещений и

    передач  на  расстояние;  во-вторых,   развитие  всеобщего   теленаблюдения.

    Благодаря  "трансгоризонту видения", позволяющему видеть то, что  ранее было

    недоступно, в течение  24 часов из 24 и семи дней в  неделю  мы существуем в

    постоянно "телеприсутствующем" мире.

         "Судьба  всякого образа  --  его разбухание", -- констатировал  некогда

    Гастон   Башляр.   Эта  судьба   образа   осуществляется   благодаря  науке,

    превращающейся в оптическую технонауку.

         В  недавнем  прошлом  -- с помощью  телескопа  и  микроскопа.  В скором

    будущем -- с помощью домашнего теленаблюдения,  выходящего за  рамки военной

    необходимости, вызвавшей его развитие.

         На  самом  деле, обесценивание протяженности  в политике,  произошедшее

    вследствие  незаметного  заражения  ускорением  всей природы  земного  шара,

    вынуждает прибегнуть к некоторой полномасштабной оптике замещения.

         Активная  (волновая)  оптика   полностью  преобразовала   использование

    пассивной   (геометрической)   оптики  эпохи   зрительной   трубы   Галилея.

    Складывается впечатление, что исчезновение  линии географического  горизонта

    неотвратимо  приводит  к  введению  замещающего   горизонта.  "Искусственный

    горизонт"  экрана  или монитора  свидетельствует  о  превосходстве  медийной

    перспективы над непосредственной пространственной перспективой.

         Объемность "телеприсутствующего" события становится более значимой, чем

    наличные трехмерные предметы и их расположения...

         Этим  объясняется  как  резкое  увеличение  числа  "великих  светил"11:

    спутников  метеорологического или  военного  наблюдения и live cams  в  сети

    Интернет, -- так и постоянные  запуски  спутников для передачи телесигнала и

    распространение теленаблюдения в метрополии...

         Все  это  способствует, как мы уже отметили,  переворачиванию привычных

    представлений о "внутреннем" и "внешнем".

         В  конечном итоге, всеобщая  визуализация  является  наиболее  заметной

    стороной виртуализации.

         Пресловутая "виртуальная реальность" состоит не  столько из перемещений

    в киберпространстве сетей, сколько в увеличении оптической плотности подобий

    реального мира.

         Это уплотнение помогает восполнить сжатие  земных расстояний, вызванное

    сокращением  времени мгновенных  телекоммуникаций.  В мире, где обязательное

    телеприсутствие полностью замещает чье-либо непосредственное присутствие (на

    работе, в торговле...!,  телевидение уже  не может оставаться тем,  чем  оно

    было последние пятьдесят лет: средством развлечения и культурного развития;

         прежде всего, оно должно  явить на  свет  мировое  время информационных

    обменов, виртуальный мир, замещающий окружающий нас мир реальный.

         Следовательно, полномасштабная перспектива с линией трансгоризонта есть

    место любой виртуализации (стратегической,  экономической, политической...)-

    Вне  этой   перспективы   глобали-таризм,  идущий  на  смену  тоталитаризмам

    прошлого, будет неэффективным.

         Чтобы  придать объем  и оптическую плотность  наступающей глобализации,

    необходимо не только подключиться  к информационным  сетям, но и,  что более

    важно, раздвоить реальность мира.

         Если в стереоскопии и стереофонии в целях достоверной передачи образа и

    звука  выделялись "правое" и "левое" или высокие и низкие частоты, то сейчас

    необходимо любой ценой оторваться от  первичной реальности и создать сложную

    стереореальность, состоящую,  с одной  стороны, из действительной реальности

    непосредственных  видимостей и,  с другой стороны, из виртуальной реальности

    медийных про-явленностей (trans-apparences).

         Как  только новоявленный "эффект  реальности" распространится и  станет

    привычным, можно будет, действительно, говорить о глобализации.

         Засвечивание мира,  полностью  выставленного  на  обозрение,  лишенного

    слепых пятен и темных областей (как микровидеокамеры служат и задними фарами

    и  зеркалом  заднего обзора),  представляется  целью  техник  синтетического

    видения.

         Подтверждая,  что  один  раз  увидеть  лучше,  чем  сто  раз  услышать,

    мультимедиа намереваются заглушить звук привычного  телевидения и сделать из

    него что-то вроде домашнего телескопа для наблюдения и предвидения грядущего

    мира, подобно телескопу в метеорологии.

         Их  цель -- превратить компьютерный  монитор  в окошко,  позволяющее не

    воспринимать  данное, но  прозревать горизонт глобализации,  пространство ее

    ускоряющейся виртуализации...

         Посмотрите на live cameras, видеопередатчики, установленные практически

    по всему  земному шару и  доступные лишь через Интернет.  Их распространение

    почему-то не привлекает внимания общественности.

         Курьезные и бесполезные,  они становятся все  более многочисленными  от

    побережья  Сан-Франциско до Стены Плача в Иерусалиме. Находясь внутри офисов

    или  квартир отдельных эксгибиционистов, камеры позволяют в реальном времени

    узнавать то, что творится в тот же самый момент на другом конце планеты.

         Таким образом, компьютер уже  не только машина для сбора информации, но

    и  машина  автоматического  видения,  работающая  в  пространстве  полностью

    виртуализированной географической реальности.

         Некоторые  адепты  Интернета решаются  даже  жить  на  экране, в прямом

    включении. Заключенные в замкнутые системы  web, они выставляют напоказ свою

    личную жизнь.

         Примеры  всеобщего  вуайеризма,   коллективного   самонаблюдения  будут

    распространяться со  скоростью формирующегося  единого  рынка  универсальной

    рекламы.

         Сменив простое оповещение о появлении продуктов в XIX веке, порождающая

    желания  индустрия  рекламы  XX  века готовится  стать  в  XXI  веке  чистой

    коммуникацией, которая  потребует распространения рекламного пространства на

    все видимое пространство планеты.

         Вездесущая  реклама уже не  удовлетворяется классическими  объявлениями

    или врезками на телевидении и  радио, она  желает навязать  себя в  качестве

    "среды"  зрению   толпы   телезрителей,   превратившихся  в   телеактеров  и

    телепокупателей.

         В Интернете некоторые забытые туристами  города постоянно  расхваливают

    свои достопримечательности. Альпийские отели демонстрируют прекрасные  виды,

    ландшафтные   художники    оснащают    свои   произведения   многочисленными

    web-камерами. Таким образом, можно путешествовать22

         по  Америке, посетить  Гонконг и  даже антарктическую станцию  во время

    полярной ночи...

         Несмотря  на  плохое  качество,  сеть   стала  рекламным  инструментом,

    притягивающим взгляд к выделенным точкам.

         Более ничего не происходит, все проходит. Электронная оптика становится

    "исследовательским инструментом" для глобалистского прогнозирования.

         Если  в  былые  времена  подзорная  труба  позволяла  увидеть  то,  что

    скрывалось  сразу  за  горизонтом,  то  сейчас  все   идет   к  тому,  чтобы

    рассматривать происходящее на обратной стороне земного шара, скрытой стороне

    планеты. Таким образом, мы не сможем путешествовать в глобальном электронном

    эфире без помощи мультимедийного "искусственного горизонта".

         Фантом ампутированной конечности, Земля более не простирается насколько

    хватает глаз,  она  показывает свои виды в какое-то  странное окошко. Резкое

    увеличение   "точек   зрения"   является   следствием    прихода   последней

    глобализации: глобализации взгляда единственного глаза циклопа, властвующего

    в пещере, "черном ящике", который все хуже скрывает близкий закат Истории --

    Истории, ставшей жертвой болезненного стремления к полному завершению.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 22      Главы:  1.  2.  3.  4.  5.  6.  7.  8.  9.  10.  11. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.