<b>7. Трансцендентальная феноменология</b> - Информационная бомба. Стратегия обмана - Поль Вирилио - Основы политической теории - Право на vuzlib.org
Главная

Разделы


Политические войны
Политика в разных странах
Основы политической теории
Демократия
Революция
Анархизм и социализм
Геополитика и хронополитика
Архивы
Сочинения

  • Статьи

  • «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 22      Главы: <   9.  10.  11.  12.  13.  14.  15.  16.  17.  18.  19. > 

    XII

         Каждая  политическая революция  --  драма,  но начинающаяся техническая

    революция,  без  сомнения,  более  чем  драма,  это  --  трагедия  познания,

    вавилонское смешение частного и коллективного корпусов знаний.

         Подобно эзоповому  "языку", Интернет  одновременно и худшая и лучшая из

    вещей.  Ничем  не  ограниченное  развитие  коммуникации  таит  в  себе  риск

    катастрофы, встречу виртуального "Титаника" с айсбергом.

         Кибернетика сети сетей, плод "технософских" иллюзий, появившихся в одно

    время  с идеей об окончании холодной  войны  как  "окончании Истории", есть,

    скорее, система, чем  техника, -- техносистема  стратегической коммуникации,

    несущая  в  себе системный риск разрушительной цепной реакции, неизбежной  в

    эпоху начинающейся глобализации.

         Сегодня бесполезно  говорить о локальном  характере недавнего биржевого

    краха  в Азии. Если бы информационные  сети  финансовых  рынков  уже были бы

    объединены, то осенний крах 1997 года в одно мгновение стал бы планетарным и

    развился в общую экономическую катастрофу.

         Таким образом,  после  атомной  бомбы и сорока лет поддержания  системы

    всеобщего   ядерного   сдерживания   пришло   время  информационной   бомбы,

    перспектива взрыва которой вскоре по-

         требует   установления  системы  социального  сдерживания  и  внедрения

    "автоматических  предохранителей"  для  предотвращения  перегрева,  то  есть

    расщепления социального ядра наций.

         Происходящая  в  реальном  времени  глобализация  телекоммуникаций,  --

    неафишируемая  модель  которой представлена Интернетом, --  и информационная

    революция  ведут к систематическим доносам,  вызывающим  панические слухи  и

    подозрения  и   способным  уничтожить  профессиональную  этику  "истины",  а

    следовательно --  и  свободу прессы.  Каждый может в этом  удостовериться на

    примере значения Интернета  в деле  Клинто-на/Левински: сомнения  по  поводу

    оглашаемых/отрицаемых  фактов, неконтролируемые  манипуляции  источниками  и

    общественным  мнением  предвещают  то,  что  революция  реальной  информации

    окажется  также и революцией в виртуальной дезинформации  и пишущейся сейчас

    истории.

         Поражения,   наносимые  радиоактивным  излучением  и   интерактивностью

    информации, -- местные, но многочисленные, вплоть до общего заражения.

         Действуя и  взаимодействуя в  реальном времени, актеры и  телевизионные

    деятели   информационной  революции  телекоммуникаций  задают   определенный

    технический  ритм   и  темп,  накладывающийся  и  заглушающий   историческое

    локальное  время  сообществ и  стран и устанавливающий единое мировое время:

    абстрактные разграничения универсальной хронополитики, ни один представитель

    которой  --  за  исключением   нескольких  высших  чиновников  --  в  случае

    объявления  информационной  войны  не   несет  никакой  ответственности   за

    происходящее.

         О чем  говорит,  например,  молчание  исследователей  о  роли  National

    Security Agency в развитии сети Интернет?

         И  как отнестись к желанию Госдепартамента США сделать  автоматическими

    военные удары по нарушителям нового мирового порядка -- по Ираку, например?

         Итак, под маской  анархистской пропаганды "прямой  (live)  демократии",

    направленной  на обновление репрезентативной демократии политических партий,

    внедряется идеология автоматической демократии, когда невозможность обсудить

    что-либо "компенсируется" социальным автоматизмом, по типу опроса мнений или

    оценки телевизионной аудитории.

         Демократия в  виде  условного  рефлекса,  не  нуждающаяся  в  публичном

    обсуждении,  когда предвыборную кампанию выигрывают навязанные мнения, когда

    предлагающая    "демонстрация"   партийной    программы    уступает    место

    "предуказывающей"   и   зрелищной   разработке   индивидуального  поведения,

    параметры которого давно определены рекламой.

         Впрочем, не является ли сеть сетей, производная от Арпанет, отслужившей

    свое системы защиты от электромагнитных эффектов  атомной войны, попыткой --

    второй, после  войны  в  Персидском  заливе  --  проведения  новой  всеобщей

    рекламной  кампании системного продукта,  не интересного никому в частности,

    но в то же время нужного всем в общем?

         Небывалое идеологическое заражение, распространение web и on-line служб

    уже  не  имеют  ничего  общего  с маркетингом  бытовых технологий,  продажей

    транспортных  средств  или  средств  связи  (радио,  телевидения и  т.  д.),

    поскольку  речь идет  о  наиболее широкой  кампании  по  проработке  мнений,

    когда-либо   проводившейся  в  "мирное  время",  --  замысле,  не   особенно

    считающемся с интеллектом общества или национальными культурами.

         Поэтому  мы  впадаем  в разного рода крайности, вроде  "Многостороннего

    соглашения  по   инвестициям"  (AMI)  или  "Трансатлантического  проекта  по

    свободной торговле" (NTM).

         Энергичность    глобалитарных   кампаний    объясняется    американской

    пропагандой  инфовойны,  революции в  приемах  ведения войны, инициированной

    Пентагоном после окончания холодной войны.

         Таким  образом,  невозможно  понять значение  Интернета, информационных

    артерий  будущего,  не  учитывая  интерактивности  технологий  и  зарождения

    настоящей  негативной  рекламы,  которая  не  довольствуется  расхваливанием

    достоинств того  или иного товара, а,  прежде всего, изобличает коммерческих

    противников  и преодолевает сопротивление потребителей,  называя их  слишком

    сдержанными, а их точку зрения -- неверной.

         Рекламные   агенты  не   ограничиваются   удовлетворением  правомерного

    любопытства покупателей  их продукции, а призывают к символическому убийству

    своих конкурентов... В  этой связи  Европейский парламент  решил  выработать

    эффективную   правовую   базу  по  борьбе  с  кампаниями   "систематического

    разоблачения".1

         Отметим  также, что мы  уже  не  в состоянии отделить развитие сети  от

    технического  прогресса,   который  в  ближайшие  десять  лет   выразится  в

    отцифровке всей аналоговой информации, составляющей знание.

         Цифровые коды грозят  стать основой всей  коммуникации,  и  Европейское

    сообщество изучает сейчас "Зеленую книгу конвергенции".

         Авторы   оформленного   в  книгу  отчета,  считают,  что   повсеместное

    распространение  однотипных  цифровых  кодов  (в  телефонии,  компьютерах  и

    телевидении) должно изменить порядок использования аудиовизуальных средств в

    Сообществе,  подчинив его только  законам  рынка, как  это  уже  произошло с

    телекоммуникациями...

         Вторым этапом этой расползающейся в  разные стороны конвергенции должно

    стать воплощение идеи о  том, что  в  будущем  управление Интернетом,  сетью

    американского происхождения, поскольку никто не имеет  ничего  против, также

    должно осуществляться исключительно Соединенными Штатами.

         Так мы незаметно приближаемся к краху образа.

         Око за  око, сегодня конкуренция  между картинками становится всеобщей,

    как и все в эпоху

         грандиозного  планетарного  рынка,  и нарушает  общий  временной  режим

    образной информации.

         Экран против экрана, монитор домашнего компьютера и кинескоп телевизора

    станут  местом  борьбы  за  первенство  на  всеобщем  рынке   восприятия,  с

    появлением контроля за которым начнется новая эра и в этике, и эстетике.

         "На полностью автоматизированной мировой бирже, оснащенной 500 тысячами

    компьютеров, процесс финансового краха в Азии можно  было напрямую наблюдать

    во всем мире", -- заявил один французский трейдер осенью 1997 года.

         Однако первое, что с  помощью пяти  миллионов live cameras, размещенных

    по всему миру смогут наблюдать  десятки миллионов интернав-тов, --  это крах

    видимого.   Так   называемое   "телевидение"    уступит    место   всеобщему

    теленаблюдению,  а  на  смену  пресловутому   виртуальному  мыльному  пузырю

    финансовых   рынков   придет   визуальный   мыльный   пузырь   коллективного

    воображаемого  с  заключенным  в  нем риском  взрыва  информационной  бомбы,

    предсказанной в 50-е годы самим Альбертом Эйнштейном.

         Уже сегодня различные сектора объединенного финансового рынка перестают

    подчиняться   рациональным   законам,  а  завтра   иррациональное   заполнит

    глобалистское   коллективное  воображение,   поскольку  способность  старого

    доброго телевидения  (ответственного,  как и многие другие,  за  дело  Родни

    Кинга, процесс Симпсона и коронацию post mortem принцессы Дианы) к умножению

    образов    многократно    увеличится    из-за   сверхреактивности   мирового

    теленаблюдения.

         "Сложение  векторов  деятельности  различных  индивидов,  если все  они

    оказываются  одинаково  направленными,  порождает  нестабильные  ситуации  в

    мире", -- писал один аналитик  из Национального центра научных  исследований

    по поводу азиатского краха.

         "Рациональность   индивидуального   поведения   приводит   к   всеобщей

    иррациональности".2

         Установление превосходства мирового времени (времени прямого включения)

    над  царившим  с  незапамятных  времен  местным  временем отдельных регионов

    предваряет скорое развития интерактивной рекламы и тревожное распространение

    рекламного сравнения  фирм и инвесторов. Это  настоящая гражданская холодная

    война,  где  торговые  партизанские  действия  направлены  на  символическое

    истребление конкурентов, которому Совет Европы дал "зеленый свет".

         Сейчас  "рекламное пространство"  не ограничивается заставками в фильме

    или рекламными роликами между программами, но способно охватить все реальное

    пространство-время коммуникации.

         Теперь   виртуальная   инфляция   затрагивает   не   только   стоимость

    произведенных товаров, но и осмысленность наших отношений с миром.

         С недавнего времени  пресловутый системный  риск  связан  не  только  с

    возможным банкротством предприятий и  банков  в результате  цепной  реакции,

    вроде  азиатской,  а  с  опасной  потерей   зрения,   коллективной  слепотой

    человечества,  вызываемой  расстройством  фактичности происходящего и  нашей

    дезориентацией в реальном...

         Обманчивость  феноменов  и  крах  видимого   способствуют  формированию

    экономических  и политических установок  дезинформации:  аналоговое уступает

    место цифровому, "сжатие данных" ускоряет наше взаимодействие с реальностью,

    приближает  нас к  ней...  но при этом все более  обедняет наше  чувственное

    восприятие.

         Отцифровка  образной,  звуковой, тактильной  и обонятельной  информации

    ослабляет   непосредственные   ощущения;   аналоговое    подобие   близкого,

    сопоставимого заменяется цифровым правдоподобием дальнего -- всех отдаленных

    объектов. Что грозит окончательным заражением нашей экологии чувственного.

    «все книги     «к разделу      «содержание      Глав: 22      Главы: <   9.  10.  11.  12.  13.  14.  15.  16.  17.  18.  19. > 





     
    polkaknig@narod.ru ICQ 474-849-132 © 2005-2009 Материалы этого сайта могут быть использованы только со ссылкой на данный сайт.